Когда тебе восемнадцать, вечером в студенческой общаге для того, чтобы собраться куда-нибудь, было достаточно фразы «Чёт скучно — надо куда-то сходить». В поддержку мгновенно начиналось шумное обсуждение, в котором слышалось «куда идём», «а сколько денег надо» и «как добираться назад» (подразумевавшее обычно, что денег на обратную дорогу не останется). Начинали хлопать двери, мелькать фены и косметички. С веревки, наискосок пересекавшей комнату, сдергивались досохшие и не совсем колготки и платья… — А завтра ведь экзамен? —неожиданно произносил кто-нибудь благоразумный, спокойно сидящий посреди всей этой суеты на своей кровати. На несколько секунд останавливался утюг; рука, ведущая четкую линию черной подводки над ресницами, дрогнув, уходила с положенной траектории. Это начинался внутренний диалог-борьба между «хочется» и «надо»: — Блин, ведь из двадцати билетов знаю только 12; — Красную юбку не успела постирать; — Мама будет ждать звонка в десять. И она сказала, чтобы никаких гулянок,