Глава 11.
Верина жизнь наладилась и потекла по прежнему своему руслу. Зима пришла в тот год морозная, студёная. Снегу выпало столько, что некоторые дома Слободы утопали в сугробах чуть не до самых окон.
Ни бывший муж, ни его родители больше не беспокоили Веру. Галина Юрьевна, случайно столкнувшись где-то с бывшей снохой, спешила поскорее уйти и не глядела на девушку. В Слободе конечно сложно избегать нежелательных встреч, и Вера часто встречала и бывшего своего мужа, иногда одного, иногда с Кристиной.
Когда те были трезвыми, встречая Веру, то хмурились, отворачивали лица и тоже спешили уйти. А когда оба были навеселе, то сначала озирались по сторонам, нет ли где поблизости вездесущего Липатова или его помощника, а потом негромко, но довольно внятно бубнили в адрес Веры нецензурные выражения.
Вера не обращала внимания на них и вовсе, её занимало теперь другое. Она каждый вечер ходила гулять к озеру в надежде увидеть свет фонаря в доме за озером. Но фонарь не зажигался, только кедрач темнел по ту сторону скованного льдом огромного водоёма. Вера с грустью понимала, что Саша уехал и не появляется теперь в старом своём доме, и эта мысль тупой болью вдруг отозвалась внутри. В очередной раз постояв у старых мостков, Вера отправилась домой, решив, что как-нибудь навестит ставший для неё спасительным дом за озером.
Та ночь выдалась тёмной. Метель мела с самого утра, и большинство жителей Слободы сидело по домам у тёплых печей.
Только один человек нетерпеливо выглядывал в окно, чтобы посмотреть, когда уже наконец погаснут окна в соседском доме и можно будет осуществить задуманное. Довольно скоро спала спокойно Слобода, только два или три окна еще кое-где светились желтыми пятнышками на темном покрывале ночи.
Махнув полстакана для пущей храбрости Тарас, а это был именно он, вышел из дома. Всё складывалось как никогда удачно для него. Мать уехала проведать младшую свою дочку-студентку, живущую в городе, отец давно уснул, тоже приняв после работы за ужином пару стопок.
Кристинка, которая теперь жила в их доме вместе с Тарасом и сводила с ума Галину Юрьевну, а иногда и самого Тараса, в тот день уехала со своими родителями на похороны кого-то из своей родни, поэтому ни остановить Тараса, ни отговорить его от задуманного было совершенно некому.
Сложив в карман приготовленный заранее сверток, Тарас, стараясь не шуметь, притворил за собой дверь и вышел за калитку. Метель почти скрывала его фигуру от посторонних глаз, которых, впрочем, можно было и не опасаться, потому что все уже давно видели десятый сон.
Поёживаясь от холода, забирающегося под старую куртку, специально вывернутую Тарасом наизнанку, он отправился на другой конец Слободы, к дому своей бывшей жены.
Всю дорогу что-нибудь да мешало ему идти, сначала он с размаху упал в сугроб, потому что тропинку напрочь замело, потом его испугала чья-то собака, проснувшаяся от скрипа снега под его ногами. Но он упорно продолжал путь.
Оказавшись наконец у нужного ему дома, он остановился и стал осматриваться по сторонам, нет ли где поблизости какого-нибудь такого же, как сам Тарас, сумасшедшего ночного прохожего.
Предсказуемо никого не увидев, Тарас достал из-за пазухи свёрток. Это была литровая пластиковая бутылка от известной марки лимонада, только теперь она была наполнена бензином и обмотана промасленной тряпкой.
«Сучка, попомнит меня, - злорадно подумал Тарас и снова посмотрел пуста ли улица, - А кто на меня подумает, столько времени прошло после развода. Развелись и развелись, я уж сколько к ней не ходил! Значит, с ментом шашни закрутила, шалава! Права была мать, конечно, кто я такой, простой работяга, а она вся из себя учёная!»
Страх и здравый смысл, объединившись, откуда-то из глубины его сознания всё же пытались достучаться до замутненного спиртным разума Тараса, и в какой-то мере им это удалось.
«Ладно, дом оставлю ей. Пока что. А вот баня и курятник ей ни к чему, пусть к своему менту переезжает! Ну, а если с бани огонь и на дом перекинется, то я тут ни при чём!» - так думал Тарас, шаря в кармане своих штанов в поисках спичек.
Он уже добыл коробок и пытался замерзшими руками поджечь спичку, как вдруг какая-то неизвестно откуда взявшаяся сила повалила его в снег.
Человек, вынырнувший из метели, крепко прижал Тараса к снегу, тот пытался подняться, но лишь хватал снег открытым ртом. В одну сторону полетела приготовленная бутылка, в другую Тарасова шапка и спички.
В спину Тараса уперлось твердое колено, незнакомец ухватил его за волосы и потянул голову Тараса назад.
- Что, решил пошалить? – прошептал незнакомец в самое ухо Тараса, а у того ёкнуло сердце, потому что у своей шеи он ощутил ледяное лезвие ножа.
- Долго же ты собирался, - продолжал леденящий душу Тараса голос, - Я тебя уже который день здесь поджидаю, когда же ты появишься! Вот наконец дождался. Это ты молодец, что бутыль принес, не придётся мне мудрить, как тебя грохнуть! Устрою всё так, что ты хотел дом поджечь, а случайно поджёг себя самого! Как тебе идея?
- П…пусти! – как-то пискляво ответил Тарас, но выворачиваться боялся, нож прижимался к его шее всё сильнее.
- Зачем это мне тебя отпускать? Что, я зря тут мёрз столько дней? Отпущу, а ты после снова заявишься!
- Не приду. Не трону её, клянусь. Пусти, прошу! – в голосе Тараса зазвенели слёзы, он чувствовал, как из пореза на его шее струится горячая кровь, и капает на снег.
- Ладно, я думаю, поступим по-другому. Бери бутылку свою, пойдем твой дом поджигать!
- Мой? – Тарас вообще перестал понимать, снится ему это всё или происходит на самом деле.
- Твой, а что такого? Отца может успеешь спасти, не знаю, ничего гарантировать не могу! Отпущу может тебя, чтоб успел ты его из огня вытащить. А может и нет. Тебе же никого не жаль, да? Подумаешь, отец!
Хмель тут же выветрился из головы напуганного Тараса, и ему подурнело от страха. Липкий пот тёк по его лицу, заливал глаза и щипал щёки, поцарапанные о жесткую снежную наледь на тропке.
Незнакомец был крупнее и сильнее его, он встал на ноги и резко вздернул Тараса вверх, больно завернув его руку за спину, от чего тот согнулся. Но краем глаза Тарас всё же успел разглядеть, что мужчина за его спиной был одет в какой-то белый комбинезон, делавший его незаметным на снегу, лицо его и голова были скрыты белой балаклавой. Ловким движением незнакомец вынул откуда-то из своей одежды звякнувшие наручники и ловко, привычным движением защёлкнул их на запястьях еле живого со страху Тараса.
Незнакомец поднял со снега принесенную Тарасом бутылку, открыл её и понюхал содержимое. Хмыкнув, он плеснул щедрую порцию бензина на Тараса, попав ему и в лицо, и на одежду. Тарас заплакал в голос:
- Не надо! Я всё понял! Честное слово, я понял всё! И близко к ней не подойду никогда больше! И вообще, уеду отсюда!
Незнакомец хлопал себя по бокам и, казалось, не слушал, что ему говорит напуганный до полусмерти пленник.
- Да что ж такое, неужели я спички забыл! Или потерял! Вот же не повезло, так не повезло! – приговаривал он в пол голоса.
- Да не вой ты, - глянул он на трясущегося Тараса, - Спички твои где? А! Вон они, нашел! Да что за ночь такая, и эти отсырели! Ладно, что делать, скукота... охо-хо…
Незнакомец постоял немного, будто раздумывая, как же ему поступить дальше, а Тарас в это время не сводил с незнакомца испуганного взгляда.
- Честное слово, говоришь? – поразмыслив, спросил незнакомец, - Ладно, раз уж мне не повезло сегодня, отпущу тебя. Но ты смотри – если с головы той, что живет в этом доме, упадет хоть волосок… Или она нечаянно споткнется и поранится… Или из её забора хоть одна штакетина сломается… Да что угодно! Я тебя найду! В любой точке мира найду, уж поверь мне – это моя профессия! И тогда уж не обижайся – я тебя предупредил! Понял?
- Понял, понял! – Тарас затрясся еще сильнее, надежда загорелась в его глазах.
- И мамашу свою, и лошадь свою Кристину, от Веры подальше держи! Как ты это сделаешь – меня не волнует! А только Слобода – маленькая, все всё быстро узнают, и я в том числе, так что…
- Я никогда… я никогда… и они тоже… мы никто вообще! – Тарас стучал зубами и старался говорить убедительно, чтобы незнакомец поверил ему.
- Ладно, пошли домой тебя отведу! Разочаровал ты меня, хоть бы запасные спички или зажигалку взял! А то я так хотел позабавиться! – с сожалением незнакомец потряс бутылкой с бензином перед самым носом Тараса.
До дома своего Тарас дошел очень быстро, несмотря на наметенные за ночь снежные заносы. Незнакомец шёл позади него, поигрывая бутылкой с горючим.
Остановил он своего пленника неподалёку от дома, подтянул его к себе и снял наручники.
- Иди давай домой. И не забудь, что я всегда рядом буду, если что! – незнакомец подтолкнул испуганного и взъерошенного Тараса к родной калитке.
Оказавшись в своём дворе, Тарас рухнул на колени и протер снегом лицо. Когда он поднялся и выглянул на улицу, тиха и темна была ночь. Метель утихла, снег теперь спускался с неба большими хлопьями и устилал мир мягким пуховым покрывалом. Никого не увидел Тарас, и уже было подумал, что всё ему привиделось, ибо допился он уже до белой горячки… Но так больно саднившее лицо и глубокий свежий порез на шее, и ободранные наручниками запястья говорили ему об обратном.
Со всех ног он бросился к маленькому строению в глубине двора, согнувшись и обеими руками держась за живот, он думал, что еще немного, и он не успеет добежать.
От Автора:
Дорогие мои Читатели! Этот рассказ публикуется по одной главе в день - в 7.00 часов по времени города Екатеринбурга.
Главы стоят на отложенной публикации на указанное время, поэтому ссылки для перехода на продолжение я делаю вечером, в свободную минуту. Проходите пожалуйста на Канал - там новые главы публикуются своевременно! Спасибо, за ваши 👍! Канал существует только благодаря вам!