Никогда такого не было, и вот опять: к Вадиму пристала очередная зараза.
Чего к Вадиму только не приставало! Даже блоха Василиса, помнится, была. Но конъюнктивит - случился впервые.
Мои младшие дети: Паша, 6 лет, Вадим, 4 года.
Несколько дней назад у Вадима покраснел правый глаз. Не сильно. Я к вечеру даже решила, что никакая это и не зараза. А просто глаз Вадя натёр. В крайнем случае - от Паши получил.
Но Паша божился, что к глазу брата он не прикасался, а Вадя уверял меня, что ничего не тёр. Не тёр, понимаете? Что ему, делать больше нечего - глаз тереть?
Ладно бы, ещё руки грязные были, тогда другое дело. Так ведь нет, мать у нас запрещает с грязными руками по дому ходить. Мыть заставляет. Сплошное унижение для нормальных пацанов, а не жизнь. Тьфу, просто.
В общем, пришлось показывать Вадю врачу.
И вот после этого я поехала в аптеку. Возвращаюсь поздно вечером, муж уже детей спать отправил.
Дети, разумеется, спать не собирались. Чем они в своей комнате занимались, я точно не знаю. Мне показалось, что у них там, как минимум, шёл концерт какой-то панк-группы. Но, когда я дверь открыла, то и Паша, и Вадя прикинулись спящими. Так что, доказательств у меня никаких нет.
-Вадя, - зову я, - иди сюда.
Вадя встаёт с кровати и идёт ко мне. Паша на своей кровати встревоженно поднимает голову.
-Зачем ты меня звала? - спрашивает Вадим.
-Капли надо в глаз закапать, - отвечаю я и в этот момент из комнаты раздаётся вой. Будто бизона ранило прямо у нас в детской, честное слово.
-Вааадяяя, неееет! - по-бизоньи орёт Паша. - Ни хади тудааа! Тебе будет очень больнааа!
Вадя дёргает плечиком. Мол, пацанам боль не страшна. Задирает голову в потолок и с улыбкой идёт к дивану. Ложится, раскрывает глаза как можно шире и всем своим видом показывает, что готов принимать лечение. Я капаю одну капельку ему в глаз и...
-ААА! - в панике дёргается Вадя. - Больнааа!
-НЕЕЕТ! - выбегает из комнаты Паша. - Я же говорил тебе - не ходи! Зачем ты пошёл? Зачем, Вадюсь?
Вадюся, сдерживая рыдания, лежит на диване и боится шевельнуться. Только слёзы отчаяния и обиды текут из зажмуренных глаз.
-А теперь, - говорю я, - надо в глаз положить мазь...
-ЗА ЧТООО? - кричит Паша. - За что ты с Вадей так жестокааа...
Вадя пытается открыть глаз. Глаз не открывается. Паша, понимая, что я сейчас буду открывать глаз Вадиму сама, резко краснеет и собирается заплакать. Будто что я не Ваде, а ему в глаз лезу. И не с мазью, а с шилом ржавым.
И тут я просто хочу уточнить. Не существует ли случайно каких-нибудь домкратов для открывания детских испуганных глаз? Вдруг есть, а я не в курсе.
Потому что открыть Вадиму глаз под причитания Паши, которого держал отец, мне удалось только минуты через три. И то я подозреваю, что Вадя сдался и расслабил веки. Серьёзно, в детских веках очень мощные мышцы. Качают они их по вечерам, что ли.
Короче, с огромным трудом удалось Вадима полечить. Паша помог ему с дивана подняться и за руку увел в комнату. Вадя, как вы понимаете, шёл с закрытыми глазами. Чтобы все - и особенно мать, - видели, как мальчишка страдает.
-Я же предупреждал, - раздался голос Паши из комнаты. - Обещай, что теперь всегда будешь меня слушать!
-Ага, - в ответ шмыгнул носом Вадя. - Обещаю, Паша. Обещаю!