Тимофей Михалков знал, что рано или поздно доберутся и до них. Всё чаще встречал он злорадство на лицах некоторых односельчан, ненавидящих его. Теперь, когда ворота трещали от напора желающих растерзать его самого и семью, он спокойно заряжал ружьё. — Тима, прошу, не надо! — рыдала жена, красавица Агриппина, — так-то может, хоть детей пожалеют! — Никого они не пожалеют, изверги! Бери детей в охапку и задним двором через речку, бегите, спасайтесь! По речке до Баковки, а там затеряетесь! — Тимофей отложил ружьё, и перекрестив свою семью целиком и каждого в отдельности, приказал: — Тикайте! Но было поздно: с заднего двора, от соседа Лукича через забор уже лезли два наиболее ретивых ревнителя борьбы с "кулаками": Сенька Рябов, по кличке "Рябой" и его названый брат Платон Безносный. — Не успели! Эх.. Микитка, Наташка, бегите хоть вы, успеете схорониться в доме. В складкЕ! Бог даст, обойдётся, — зашептала Агриппина, целуя детей. Дети убежали в дом, где был оборудован тайный "складок" под кр
Публикация доступна с подпиской
Архив канала 2021-25 гг.