Граф Вронский не является примером для подражания, однако в нем есть одно качество, к которому стоит присмотреться. Этот персонаж вызывает определенную ассоциацию, сопровождающуюся силой, благополучием, энергичностью и все это способствует формированию образа блестящего и успешного человека в головах его окружения.
Вронский отлично проявляется в материальной плоскости, его сила именно в этом качестве, которое осязаемо, вИдимо и неоспоримо. Он прекрасно дрейфует на телесном уровне бытия. Даже Толстой неоднократно подчеркивает его ровные красивые зубы не ради красного словца, а для того, чтобы подчеркнуть его доминирование именно в плане разумного животного начала. Это его базовая частота. Всё, что выше этого, невидимо и непонятно для него. Поэтому Вронский и выглядит в произведении как нечто простое и не слишком развитое в плане выражения чувств. Даже высокая ступень творчества будто прикрыта от него завесой по причине отсутствия некого душевного элемента.
Однако, именно эта приземленность и делает его сильным в делах, в управлении и планировании. Умение хорошо считывать сигналы и ощущения в плоскости тела, дает ему возможность правильно распознавать все стимулы и законы этого пространства.
В романе есть одна важная деталь, которая сразу ускользает от внимания, но она очень красноречива. В этой подробности зашита установка на успех и дело здесь даже не в умении вести свои дела и не в способности прикидывать свои финансовые возможности, а в следующей фразе:
Еще смолоду, бывши в корпусе, он испытал унижение отказа, когда он, запутавшись, попросил взаймы денег, и с тех пор он ни разу не ставил себя в такое положение.
Иными словами, Алексей Вронский остро чувствовал отток своей силы при унижении и любое посягательство в этом ключе он улавливал на интуитивном уровне. Люди могут годами и десятилетиями подвергаться изящным завуалированным унижениям и даже не догадываться об этом. У Вронского же этот навык был поставлен на высокий уровень, потому что унижение и потеря сил это очень опасное состояние, которое в его случае ведет к самоуничтожению.
Если вспомнить момент, когда он стрелял в себя в момент родовой горячки Анны, то на уровне сознания может показаться, что он сделал это из-за того, что потерял любимую женщину. На уровне подсознания, то есть на телесном уровне, он был настолько унижен этим процессом и опустошен до такой степени, что сил для жизнедеятельности ему уже не хватало. Вот строки с описаниями его ощущений:
Он чувствовал себя пристыженным, униженным, виноватым и лишенным возможности смыть свое унижение. Он чувствовал себя выбитым из колеи, по которой он так гордо и легко шел до сих пор.
Пройти через это страдание стало для него сложной задачей, так как он не нашел в себе сил души. В этой же главе Толстой дает полное описание смещения градуса силы при унижении и перечень решений, которые начинает выводить неподчиненный душе мозг. Это немедленное желание заснуть, этот хаос и путаница в голове. Иными словами, если отметка силы стремительно идет вниз, то вместе с ней всегда уходят здравый рассудок, здоровье, деньги и прочее. А если унижение происходит малыми порциями, незаметно и системно с элементами маскировки, то человек этого и не заметит, но будет терять часть своего успеха.
Есть еще один интересный момент в романе, когда Вронский был приставлен к иностранному принцу, которому он должен был показать достопримечательности Петербурга. Вот как Толстой описывает этого важного гостя:
Он был ровен и неискателен с высшими, был свободен и прост в обращении с равными и был презрительно добродушен с низшими.
И вот что улавливал Вронский в компании с ним:
Вронский постоянно чувствовал необходимость ни на секунду не ослаблять тона строгой официальной почтительности, чтобы не быть оскорбленным.
Таким образом, Вронский всегда питал особое уважение к себе, сохраняя этим свою силу. И только каскадом поступков, через которые он сам унижал других, он соткал себе свою судьбу.