Трехкратный чемпион мира, трехкратный обладатель Кубка Стэнли, игрок легендарной «Русской пятерки» «Детройта» вспомнил о самых памятных матчах и партнерах.
В 2012 году Сергей Федоров дал интервью «СЭ» Юрию Голышаку и Александру Кружкову. Интервью вышло под рубрикой «Разговор по пятницам». В нем он рассказал много интересного о своей насыщенной игровой карьере.
— Матч из собственной карьеры в НХЛ, который вспоминали недавно?
— Пять шайб «Вашингтону»! 1996 год, «Детройт» победил 5:4.
— Приятно пересматривать?
— Меня уже не столько голы интересовали, сколько все остальное — что к ним привело? Как действовало звено? Как сменились? Прежде ничего этого не замечал. В YouTube помимо нарезки опасных моментов после каждого игрового дня в НХЛ люблю смотреть, как забивали Пашка Буре, Саша Могильный... Вдохновляет, поднимает настроение. Сегодня нет игроков такого масштаба.
— Полагаете, молодые хоккеисты разделяют вашу точку зрения?
— Не факт. Беда их в том, что слишком погружены в себя. Считают, что уже все знают и умеют. Хоть я в этом возрасте каждый день пытался анализировать, учиться новому, что-то улучшить. Своим игрокам советую: «Откройте YouTube, посмотрите, как люди забивали из средней зоны, с «кругов». Куда бросали, как — верхом, низом, под блин, под ловушку...» Два года назад были в команде праворукие нападающие, которые долго не могли забить. Усадил перед компьютером, включил подборку голов Теему Селянне и Бретта Халла, разбирали каждый эпизод. Подумал, ребятам это поможет не только с точки зрения техники, но и заведет, придаст положительные эмоции. Вратари-то все одинаковые — просто надо грамотно исполнить.
— Лучший по качеству хоккея матч, который видели в своей жизни?
— Я не видел — участвовал в нем! В «Детройте», с «русской пятеркой». Таких матчей набралось немало. До сих пор вспоминаю это невероятное ощущение перед игрой — когда ты уверен, что все будет хорошо. Потому что рядом люди, для которых в хоккее секретов не существует. Они вовремя дадут пас, подстрахуют, сами забьют. Взаимозаменяемость у нас была фантастическая. Это настолько успокаивало, что сезон проходил на одном дыхании.
— Самый странный поступок Скотти Боумэна? Ситуация, в которой вы старались, но не могли его понять?
— Не давал мне играть в большинстве. Ведем в счете — я на лавке. Проигрываем — выпускает на лед, ношусь туда-сюда. Боумэн ничего не объяснял, а я терялся в догадках.
— Позже отыскали ответ?
— Кажется, да. В «Детройте» было много сильных хоккеистов. Тренер искал баланс, хотел, чтоб к плей-офф мы подошли голодными. И уж там выложились по максимуму. Не я один находился в таком положении. Страдали Брендан Шэнахэн, Томас Холмстрем, другие игроки. Каждый получал от Боумэна четвертинку соли.
— С неожиданными вопросами тренеры к вам обращались?
— Когда сломался Крис Челиос и в команде осталось пять защитников, услышал от Боумэна: «Ты можешь играть в обороне?»
— Что ответили?
— «Да конечно! С радостью!» Боумэн играл в три пары защитников, так что я гарантированно получал минут двадцать. С Лэрри Мерфи сыгрались быстро. Он защитник от Бога, читал игру на восемь ходов вперед. А у меня была скорость, всюду успевал.
Больше историй про хоккей, звезд прошлого и настоящего — в нашем разделе.