Много политических режимов пыталось бороться с народными традициями, когда то удачно, когда то нет, но бороться с традицией ставить елку – окажется подобна поединку Дон Кихота с мельницей. История взаимоотношений советского государства с Новым годом заслуживает отдельного внимания. Для понимания всего подтекста, надо начать еще с царских времен. 1914 год, Россия объявляет войну Германии, вместе с этим в стране начинается масштабная борьба со всем немецким. Санкт-Петербург переживает ребрендинг названия с немецкого на русский манер – Петроград. Традиция ставить рождественскую елку, которая пришла к нам именно из Германии, попадает под запрет.
С приходом советской власти, в период правления Ленина, с искоренением религиозных праздников, и засильем новых, новый год оставался не тронутым, т.к. все таки олицетворял смену года, а не религиозное событие. Но из народной памяти трудно было вычеркнуть обычай устанавливать дома нарядные ели, которые ставились на рождество. Мы привыкли к словосочетанию «новогодняя елка», изначально правильное название, конечно же, «рождественская елка», советское руководство долго ломало голову, что делать с названием, однако тут надо отдать должное название прижилось. Второй проблемой был главный символ, елку украшала серебряная вифлеемская звезда, а все религиозное советскому человеку должно было быть чуждо. Здесь решение также было простым и гениальным. На макушку водрузили родную пролетарскую красную пятиконечную звезду!
Тем не менее, елка в квартирах трудящихся так и не давала покоя товарищу Сталину и в 1929 году, принято решение о отмене празднования Нового года, пошла активная пропаганда о религиозной составляющей праздника, вводится запрет на продажу елок и украшений. По факту запрет не работал, официальных мероприятий не проводилось, но в домах людей все оставалось по прежнему.
По воспоминаниям Хрущева, на одном из съездов первый секретарь Киевского обкома Посташев предложил реабилитировать празднование Нового года. Сталин неожиданно эту инициативу одобрил. В 1935 году в «Правде» выходит статья от первого секретаря Киевского обкома товарища Постышева с пламенным призывом восстановить празднование Нового года в школах, детских садах и клубах по все стране. 30 декабря 1935 проходит «первая» официальная елка в Харьковском дворце пионеров быстро праздник распространяется на всю страну, там где еще вчера это порицали теперь весело организовывали сами порицатели.
Благодарить за возрождение новогодней традиции мы должны товарища Посташева. Однако, судьба его была не завидна, в 1939 году был осужден за шпионаж в пользу милитаристской Японии, позже расстрелян.