В свете политических решений, религиозных чувств, культурных традиций или социальных реформ язык неизбежно испытывает не только эволюционные, но так же и революционные изменения.
Диалектическое познание устной и письменной речи фиксирует естественное в исторической перспективе развитие языка, игнорируя человеческие слабости и предрассудки, традиционно принимаемые как за научно свершившийся факт, а поэтому ненаучным оказывается всё то, чего в помине не было и быть не могло. Что к сожалению всегда ограничивало широкие возможности лингвистических учений, не давая кому бы то не было морального права выйдти за узкие рамки научного индивидуализма. Ситуация усугублялась также теми историческими соображениями, субъективная оценка которых была чревата лингвистическим недочётом. В конце концов историческая лингвистика оказала исследователям «медвежью услугу» и наука стала слишком «академичной» и далёкой от живой народной речи, — от её «великого и могучего» языка.
Металингвистический подход к исследованиям применяется исключительно с целью изучения содержательной стороны языка, результатом чего становится уже понимание всей речевой структуры, материя которой находится за гранью чувственного опыта. То есть, металингвистический ум оказывается в той части системы, где языковые процессы настолько инертные, что даже структура речи здесь кажется чрезвычайно статичной и практически неизменной в отношении пространства времени. Структура на металингвистическом уровне системы не подвержена перипетиям формальной стороны языка, так как, чем устойчивей структура, тем стабильнее система. Поэтому на металингвистическую структуру не влияет энтропия, которая непредсказуемым образом изменяет язык внешне — формально, и не меняет его внутренне — информационно. Эта неподвижная структура не развивается, потому что совершенным образом поддерживает всю систему.
Как сказал бы археолог, эта структура — первобытный слой, хранящий древние артефакты; как сказал бы физик-ядерщик, эта структура — «мирный атом», из которого идёт колоссальный выброс энергии предков. Так выделенная энергия настигает своих потомков и память народа — носителя языка — не прерывается вечно.