Алла провалилась в глубокий сон, едва её разгорячённая щека легла на подушку. Единственное, что успела - это пообещать себе, что завтра же займётся переездом. Сколько можно пользоваться гостеприимством Лёни? Он молодой парень, у которого личная жизнь наверняка бьёт ключом. А тут сестра, да ещё и кровать заняла.
В день приезда Аллы они с Лёней посетили её квартиру. Когда покойный отец приобретал жильё для детей, он позаботился и об обстановке, потому сейчас Алла собиралась только заменить кровать, купить полотенца и постельное бельё, и заказать клининг.
В половине седьмого утра Алла проснулась, а разбудила её мысль, чётко сформировавшаяся в голове. Алла встала и осторожно прокралась в душевую, а потом, закрывшись в кухне, начала готовить завтрак.
Кое-как дождавшись половины девятого, Алла позвонила Глебу.
- Половина девятого... Боже... - смешно проворчал в трубку Глеб, но Алла была уверена, что он улыбается.
- Вовсе не обязательно так радоваться мне, - ехидно заметила она. - Я и так стоически продержалась целых два часа.
- Никогда не понимал, что движет людьми, которые по своей воле просыпаются в такую рань.
- Возможно, нежелание провести половину жизни во сне?
- Ой, ой... А чем обязан? Ты соскучилась?
- Да. Настолько, что хочу попросить тебя приехать. Мне есть, что сказать тебе, но только не по телефону.
- Я заинтригован.
- Вот и поспеши.
- Ладно, скоро буду, - ответил Глеб и протяжно вздохнул.
Улыбнувшись, Алла нажала отбой и пошла будить своего второго коллегу, а по совместительству брата.
Пока ждали Глеба, Алла успела позвонить и вызвать представителей клининговой компании.
... - Это абсолютно точно связано с вымогательством, Глеб! Я уверена, - говорила Алла через полчаса, когда кормила коллег завтраком. - Это никак не могло быть свиданием. И дядька очень уж неприятный, глаза у него какие-то... Людмила Николаевна держится, однако, думаю, возможность разговорить её существует. Я готова поручиться за свои слова, парни! Пожалуйста, поверьте мне!
Глеб, занятый своими мыслями, открыл ноутбук, который привёз с собой, и вскоре показал Лёне фотографии.
- Честно, не знаю, - Лёня задумчиво почесал затылок. - Как по мне, тут пятьдесят на пятьдесят. Любовь, как говорится, зла.
- А я доверяю Алле, - ответил Глеб. - Потому сегодня же расскажу Виктору Олеговичу о твоих догадках, Алла.
Алле стало так приятно, что лицо у неё вспыхнуло от радости и смущения. Глеб доверяет ей. Прислушивается к её мнению.
Вскоре Глеб уехал, но обещал Алле, что вечером непременно приедет и поможет ей обустроиться в новой квартире. Аллу и Лёню Глеб на сегодня с работы отпустил.
Вечером, когда Глеб и Лёня закрепили гардину, повесили штору и уже двигали кровать, которую только что собрали, Глебу позвонил Виктор Олегович Седых и пригласил их, всех троих, в свой дом для серьёзного разговора.
Помощники Аллы оперативно всё доделали и уехали каждый к себе домой, чтобы принять душ и привести себя в порядок.
Алла, которая теперь тоже прочно обосновалась в собственном жилье, успела не только привести себя в порядок, но и сбегать за продуктами в супермаркет, очень удачно расположенный в её новом доме.
... Дом семьи Седых был расположен в одном из самых престижных и респектабельных коттеджных посёлков. Виктор Олегович - худощавый мужчина среднего роста, со светло-русыми волосами и карими глазами, - встретил гостей лично.
Вскоре в гостиную, на диване которой расположились Глеб, Лёня и Алла, вышла уже знакомая им Людмила Николаевна. Щёки её горели, а глаза странно блестели. Алла была уверена, что хозяйка дома буквально недавно плакала.
Поздоровавшись, Людмила Николаевна села в кресло, стоящее рядом с тем, в котором сидел её муж.
- Спасибо вам, - заговорила она вдруг, обращаясь к гостям. - Спасибо. Я сама никогда не решилась бы рассказать Вите об этом ублюдке.
Продолжение здесь: