Одно из главных впечатлений от любого путешествия - встречи и знакомства с людьми. без них ни один вояж не будет полным.
jУвы, уже лет шесть, как нет с нами больше синьора Марьяно, хозяина отеля Ла Рокка в самом центре маленькой Бризигеллы, его кулинарное искусство славилось на всю округу и даже за ее пределами.
Какой картофельный хлеб пек Марьяно, как запекал кроликов, и какие соусы для пасты изобретал!
- Я твой лучший сувенир из Романьи, - смеялся он, влезая под объектив фотокамеры моего мужа, строя умильные рожицы рядом со мной на фото.
Семья Вальджимильи одна из тех, чьи корни на этой земле, не первое столетие живут они, поколение за поколением, в Бризигелле, а гостями ресторана были многие известные личности, включая Лучано Паваротти.
Однажды после ужина Марьяно принес банку, закрытую бумажной крышечкой и завязанную ленточкой, в банке пересыпалось что-то серо-зеленое.
- Это тебе, - вложил он мне в руки банку, - Сам делал, это смесь наших трав и морской соли, посыпаешь картошечку - и в печь. А уж если мясо натереть перед жаркой (по-итальянски это звучало как «сделаешь мясу массаж») вообще будет беллиссимо!
Если мясу сделать массаж - оно без сомнения будет нежным и мягким!
И я делала мясу массаж, перед отправкой на сковороду или в духовку, и посыпала смесью Марьяно картошку.
Невысокий седой романьолец действительно оказался одним из лучших моих «сувениров» - романьольских воспоминаний. И он жив – в рецептах, которые нехотя, оглядываясь по сторонам – не услышал бы кто! – он шептал мне, подсаживаясь за наш столик за ужином.
А за окном - миллионы звезд, каких не увидишь в городе, а сиренево-лиловые тучки на фоне темного неба уже убегают за горизонт, и подсвечена часовая башня, и темнеет на другом холме громада замка, и бьет колокол на дальнем, третьем холме, на высоком храме.
В нашу последнюю встречу Марьяно положил чемоданы в багажник своей машины, отвез нас на станцию, обнял и расцеловал.
- Спасибо за вашу любезность, - сказал он нам, в то время, как мы говорили ему то же самое.
- Мы вернемся, - пообещали, - летом, как-нибудь, в термах поплавать.
А он, торопясь, ведь вот-вот уже подойдет наш поезд, рассказывал, как он готовит чечевично-тыквенный суп, ведь вчера, за ужином, не успел.
- Да не волнуйся, - высунулась продавщица из привокзального пирожкового киоска, - Сколько себя помню, этот поезд никогда ещё вовремя не приходил!
Мы больше не увиделись, в тот же год замечательного повара и хозяина гостиницы не стало.
Оплакивала Марьяно Вальджимильи вся деревня, его в Бризигелле очень любили. Дело продолжают сын Даниэле, успевший поработать поваром в Лондоне, и жена, прекрасная пожилая дама, синьора Анна, но с синьором Марьяно ушло что-то очень важное, что уже не вернется.