В первой части написал о Юзе Алешковском, сумевшем запечатлеть свое время в традициях плутовского романа. О том, как появилась идея написать о молодом раздолбае, отсидевшем по «малолетке» и которого благополучная тетя устроила донором спермы в научно-исследовательский институт микробиологии.
Алешковский долго не решался писать, потому что было очевидно, что говорить такой герой может только на единственном доступном ему языке – блатной фене, густо разукрашенной не нормативной лексикой. Это должно было быть произведение, где великий и могучий русский мат станет не стилистическим инструментом для нагнетания эмоциональной составляющей, а квинтэссенцией характера и самого героя и окружающей его страны. Взрыв мозга, который перевернет все традиции отечественной словесности - такова была сверхзадача, на грани того, что Гоголь, Чехов и Достоевский восстанут из могил и проклянут автора.
Также естественно подобрался и формат – «Николай Николаевич» первое произведение в советской прозе, написанное в режиме «потока сознания».
Что получилось в результате? Лучше всего на этот вопрос ответил Сергей Довлатов в аннотации к первому американскому изданию «Николая Николаевича»:
«Эта повесть – лирическое произведение о высокой и чистой любви, написанное на семьдесят процентов матерными словами. То есть, просто, гениально и смешно».
Повесть Алешковского появилась в самиздатовских списках в 1970 году. Повесть произвела настолько ошеломительное впечатление, что её даже не решались перепечатывать на машинке, переписывали от руки. То ли опасаясь всевидящего ока КГБ, то ли от мистического страха перед разъяренными тенями великих классиков.
Кстати говоря, много позднее некоторые эксперты в штатском рассказывали, что испытывали при чтении повести припадки гомерического хохота. Действительно, одна только сцена, где в научном институте героя проверяют, какая литература положительно влияет на эрекцию, а какая отрицательно, чего стоит.
В общем, к автору не стали предъявлять серьезных претензий, гныдили в обычном порядке как диссидентствующего писателя. В результате в 1979 году Алешковский навсегда покинул горячо любимую Родину и перебрался в США, где благополучно прожил до девяносто двух лет.
Когда спустя тысячелетия потомки будут изучать советскую послевоенную эпоху, с большей степенью вероятности одним из "учебников" для них станет повесть Юза Алешковского «Николай Николаевич».
А какое Ваше мнение?