Однажды Георгия Жженова, ставшего к тому времени знаменитым артистом, пригласили в Грузию на 50-летие грузинского кино. Об этом эпизоде из своей жизни он рассказал в книге воспоминаний "Прожитое".
После торжеств секретарь райкома КПСС одного из районов Тбилиси не упустил случая пригласить приехавших знаменитостей к себе домой. Этот дом поразил артиста необычной во времена социалистического дефицита роскошью. "На какие шиши все это куплено?", - спрашивал он, конечно, про себя, не осмеливаясь обидеть хозяев подобными бестактными вопросами.
А обстановка была совершенно поразительной: "Залитая хрустальным светом чешских светильников и люстр, огромная квартира сияла, как Георгиевский зал Кремля! Белый рояль в громадной гостиной словно лебедь плавал в зеркальных «водах» сверкавшего лаком паркета!"
В этом "дворце" было много гостей, которых всех представили "дорогим московским гостям". Так Жженов узнал, что присутствует даже несколько грузинских министров.
Стол был уставлен самыми ценными и редкими местными винами, что, кстати, вызвало неудовольствие еще одного приглашенного артиста, не менее знаменитого Евгения Моргунова, который любил напитки покрепче и не удержался, проворчал: "Сухариком, значит, угощают! А я-то думал…"
Его услышали и специально для него вынесли чачу, правда, с насмешками (действительно, как можно упустить случай попробовать лучшие грузинские вина?) Через полчаса Моргунов вырубился (уснув "на диване в соседней комнате") и не стал свидетелем скандала, учиненного товарищем по экрану.
Началось все с тоста за грузинского актера, сыгравшего роль Сталина. И тут поднялось невообразимое:
"Кто-то крикнул: «Слава генералиссимусу!»… Возглас с восторгом был подхвачен, наполнены фужеры, и тамада провозгласил:
— За вождя и учителя всех народов! Лучшего друга советских кинематографистов! Вечная память и слава великому Сосо! Встать! До дна!"
Но сталинисты не учли, что один из гостей в свое время стал одной из невинных жертв ГУЛАГа, о чем я уже писал: "Георгий Жженов: "Отказ брата пойти на похороны Кирова принес беды всей нашей семье", и для него пить за Сталина было делом совершенно невозможным. Этого "величайшего гения всех времен и народов" он ненавидел всей своей душой.
Вот так уважаемый артист попал в трудное положение.
Все пьют. Как не пить? Это значит оскорбить хозяина и других важных гостей. Тем более это Грузия. Они воспримут это как кровную обиду.
Жженов все-таки попытался что-то сказать, но его остановили, потому что до его слов еще не дошла очередь. Наконец, он придумал, что делать, и просто стал пить вместе со всеми. Когда ему, наконец, дали слово, он объяснил свою позицию:
"В свое время зловещую роль в моей судьбе сыграли три грузина — Сталин, Берия и Гоглидзе!.. Благодаря этим людям я семнадцать лет мыкался по тюрьмам, лагерям и ссылкам. Сейчас я оказался в положении, когда вынужден пить в память одного из троих, а я этого не хочу и не буду! Я встал, чтобы сказать: когда вы пили за Сталина, я пил за Ленина! Извините".
Сразу же все замолчали. Напряжение висело в воздухе, пока один именитый гость не нашелся:
"Да! Печально, конечно. Но, дорогой гость Георгий! Неужели вы думаете, что Иосиф Виссарионович Сталин знал обо всем этом?"
"Э-э, бросьте! — резко ответил Жженов. — Согласитесь, трудно поверить, чтобы глава государства не знал о судьбе почти двадцати миллионов его верноподданных".
После этих слов ни один из присутствующих не нашелся, что ответить. Хозяин лишь одарил знаменитого артиста "тяжелым взглядом" и, допив вино, закончил "застолье".
Жженов, конечно, приврал, что пил за Ленина. Как сам он пишет не без юмора: "в таких случаях я всегда пью за Станиславского".
Жуткие сексуальные эпизоды из "Архипелага ГУЛАГа"
Чему удивлялся Черчилль, обедая со Сталиным в Кремле в 1942 году
Черный юмор Сталина однажды закончился расстрелом
Сталин дал ей сталинскую премию - она ответила: "Вы - преступник"
Как унижали знаменитостей в СССР