Парные скульптуры – это особый вид искусства. Они всегда рассказывают нам какую-то историю – историю любви, вражды, дружбы или соперничества. Сегодня мы поговорим про скульптуры возлюбленных, и как авторам удается передать их чувства, используя для этого лишь бронзу, мрамор и бетон.
Первая скульптура, которую мы разберем – работа итальянского скульптора Антонио Кановы (1757-1822), «Амур и Психея». Канова создал целый цикл статуй на тему греческой мифологии: «Геба», «Амур», лежащие «Амур и Психея». В каждою новую работу автор старался привносить что-то от предыдущих. Наибольшую известность приобрели именно стоящие «Амур и Психея». Этот сюжет основан на истории любви смертной девушки и сына богини Венеры. История эта наиболее известна в изложении римского писателя Апулея, римского писателя, который жил во II веке н.э. Ради того, чтобы воссоединиться с возлюбленным, девушке пришлось пройти через страшные испытания, но в конце она тоже стала бессмертной и обрела с ним счастье. На этой скульптуре Амур нежно склоняет голову на плечо Психее и обнимает ее за плечи, влюбленные рассматривают бабочку, которая символизирует невинность. На их лицах читается покой и умиротворение. Довольно необычно, что девушка здесь выше, чем юноша. Возможно, этим скульптор хотел показать, что Психея в чем-то превосходит Амура, играет в их отношениях ведущую роль: ведь именно она искала его по всему свету, терпела лишения и испытания.
Следующая работа – «Сатир и Вакханка», принадлежит русскому скульптору Борису Ивановичу Орловскому. Орловский был выходцем из крепостных крестьян, работал у мраморщиков, а в тридцать лет был освобожден и принят в Императорскую Академию художеств. Интересно, что в этой скульптуре (в отличие от «Амура и Психеи») девушка склоняет голову на плечо возлюбленного, а не наоборот. При этом пропорции тут более «традиционные» ‒ сатир выше и крупнее, чем вакханка. Вместо бабочки здесь кувшин вина и чаша, и в целом герои выглядят менее юными и невинными.
Третья скульптура – «Венера и Марс» Антонио Кановы. Эту работу Канова создал в последние годы жизни. Сложно представить себе отношения между богиней любви и богом войны, но Венере и Марсу это не помешало. Более того, эта пара выглядит самой страстной: женщина почти повисла на шее у мужчины, лица влюбленных обращены друг к другу. Венера смотрит на Марса снизу вверх, а тот отставил ногу и опирается на копье ‒ вся его поза воплощает мужественность. Если у Амура и Психеи мы видим нежную, возвышенную любовь, то здесь любовь другая – более чувственная и «взрослая».
Еще одни «Амур и Психея», на этот раз работы датского художника Бертеля Торвальдсена (1770-1844). Бертель окончил Копенгагенскую Академию художеств, а в 1797 году уехал в Рим и провёл в Италии более сорока лет. Там он открыл для себя мир античного искусства, и это перевернуло его жизнь. День прибытия в Рим художник праздновал как свой день рождения. Сам Канова похвалил Торвальдсена за статую Ясона, и впоследствии датчанин стал восприниматься как наследник великого скульптора. Эти Амур и Психея выглядят, как подростки, между ними не чувствуется страсти ‒ они скорее друзья, верные товарищи. Они вместе смотрят в небольшую чашу, которую держит девушка. Пожалуй, это самая целомудренная работа из всех представленных.
Следующая скульптура – «Венера и Адонис», работы Антонио Кановы. Венера склонилась на плечо своему возлюбленному, а тот чуть приобнимает ее за талию. В ее позе чувствуется любовь и нежность, тогда как юноша более сдержан. Он стоит прямо, его свободная рука висит вдоль тела, хотя Адонис мог бы обнять ей свою спутницу. Хотя возможно, в этой работе художник хотел обратить внимание именно на Венеру и ее чувства. Ведь если верить мифологии, эта любовь была трагической: Адонис был убит вепрем на охоте, и по воле Венеры (в древнегреческом варианте – Афродиты) превращен в цветок анемон. Быть может, девушка предчувствует скорое несчастье, и хочет уберечь от него возлюбленного.
Глядя на эти скульптуры, мы видим, какой разной может быть любовь. Главное ‒ решить для себя, что для вас значит это слово.
Автор: Таня Камышина-Писаревская