В Тамбовской области есть свой аналог кунсткамеры. Это музей патологоанатома Юрия Щукина. Он проработал в морге больше сорока лет и за это время стал собирать коллекцию частей человеческого тела.
Заспиртованные пальцы и кисти рук. Эмбрионы с четырьмя ногами. Темно-коричневые черепа курильщиков. Атмосфера здесь жуткая, но так и должно быть. Ведь идея этого музея — в назидательстве.
У каждого экспоната здесь своя история. Чаще всего она связана с человеческими слабостями, пороками, вредными привычками. Поэтому Щукин и назвал его музеем греха. Например, заспиртованный палец принадлежал мужчине, который был любовником замужней женщины. Однажды ее муж вернулся слишком рано. Чтобы не быть застуканным, любовнику пришлось бежать и прыгать через забор. Но в суете он не заметил, как зацепился кольцом за гвоздь в заборе. И кольцо срезало палец. Пока мужчина добрался до больницы, время было упущено. Палец не смогли пришить, и он стал музейным экспонатом.
Другая история связана с алкоголизмом. Когда Юрий Щукин еще работал в больнице, его однажды позвал к себе один из пациентов. Это был молодой парень лет 27-ми, весь покрытый татуировками. Он сидел в тюрьме и страдал алкоголизмом. Пил все что попадалось. Молодой человек умирал от повреждений желудка. Он сам попросил Щукина после вскрытия забрать его желудок и выставить в музее. Чтобы молодые люди, "эти звереныши", не повторяли его ошибок.
Здесь есть и пораженные очагами некроза ткани женщины, болевшей СПИДом. Она много лет не знала об этом, так как не подозревала, что муж ей изменяет. Когда узнала, было уже поздно.
Музей входит в состав Тамбовского государственного университета. Сюда приходят студенты медицинских специальностей, чтобы изучать патологическую анатомию. Заодно музей пропагандирует молодежи здоровый образ жизни, что получается довольно наглядно.
______________________________________________________________________________
Понравилась статья? Посмотрите другие материалы канала Расскажу о музеях
Самый страшный экспонат Тимирязевского музея
Спать, есть и мыться по расписанию. Дом-коммуна: советская жилая антиутопия
Скелеты в шкафу. Вещи, рассказывающие истории семейных трагедий