Сегодня СМИ сообщили об эмиграции в Германию одного из видных деятелей «Единой России» и движения «Наши», бывшего депутата Госдумы Роберта Шлегеля. Канал «Расстрига» взял у него эксклюзивное интервью.
Расстрига: Для многих стало неожиданностью, что вы приняли немецкое гражданство, именно в связи с тем, что долгие годы выступали с пророссийской патриотической риторикой. Как патриот одной страны решил жить в другой?
Роберт Шлегель: Я ушёл из политики более трёх лет назад – это нормально с течением жизни менять взгляды и по-другому расставлять приоритеты. Плюс – я этнический немец, хорошо знаю историю своей семьи, хотел, чтобы у детей была возможность воспитываться не только в российской, но и в немецкой культуре. В моей логике (она может быть непонятна кому-то и это нормально) я таким образом восстанавливаю справедливость в рамках своей семьи, так как в какой-то момент мои предки (прадеды и дед) были выселены из немецкого Поволжья, потом сосланы, и их дети уже не росли как немцы. Это болезненно воспринималось в моей семье – был страх быть немцами. Когда я работал в Думе, у меня были попытки обратить внимание на «немецкий вопрос», но они не увенчались успехом. Когда я начал работать в бизнесе, я понял, что у меня есть возможность, и решил, что это будет правильно по отношению к ним и моим детям. Да, это сложный и болезненный процесс, но по большому счету, это личное дело моей семьи, и нет необходимости это объяснять или тем более оправдываться. К тому же мы продолжаем оставаться гражданами России и, я надеюсь, мои дети будут иметь возможность выбирать, где им жить. На моё отношение к России эти действия никак не влияют.
Расстрига: Как пишет Süddeutsche Zeitung, вы заявили, что ваши взгляды сильно изменились. Что вы имеете в виду? Это касается политической ситуации в России?
Роберт Шлегель: Это касается в целом отношения к государству как формату. Где-то оно более эффективно и гуманно, где-то менее, но в целом я не считаю, что этот формат соответствует уровню технологического развития современного мира. Это, кстати, приведёт к неизбежной и значительной трансформации этого «формата». Что касается политической ситуации, то мне просто перестало это быть интересно – все слова уже сказаны многократно, такое ощущение, что эту пластинку заело, причем далеко не только в России. Включите эфир Сергея Доренко с любого места в любой день, и он будет звучать как сейчас.
Расстрига: Вы теперь жалеете о чем-то, что делали, занимаясь политикой в России?
Роберт Шлегель: Да, есть вещи, о которых я жалею, но их уже не изменить.
Расстрига: Вы также сообщили, что разочарованы в политике. Что это значит? Остаётесь ли вы сторонником российского президента, «Единой России»?
Роберт Шлегель: Я разочарован в политике как в виде деятельности (здесь была бы уместна цитата из Пелевина, но она по нынешним временам не толерантна). Я бы сказал, что у меня отсутствующие взгляды. Я не являюсь чьим-либо сторонником, не вхожу ни в какие партии и организации. Редко говорю о чем-то с бывшими коллегами. Мы живём в очень маленьком и довольно тесном мире, очень короткий промежуток времени. Его искусственное деление в интересах определённых групп, сопровождающееся различными конфликтами, нерационально и мешает решению по-настоящему больших и содержательных задач. А тратить бесценное время на возню как-то жаль.
Расстрига: Теперь вы живёте в Германии и говорите, что хотите, чтобы ваши дети жили в этой культурной среде и сохранили связь с Россией? А сами планируете ее сохранять?
Роберт Шлегель: Я хотел бы, чтобы у них была возможность быть детьми двух культур. Вы так спрашиваете, будто я улетел на Луну, а интернет еще не изобрели – я часто бываю в России, русская культура органичная часть меня и не совсем понятно, почему я должен от чего-то отказываться? Добавлять – да, но отказываться смысла нет.
Расстрига: После вашего интервью немецким журналистам у вас начались проблемы на работе. Вы можете ее лишиться?
Роберт Шлегель: Да, меня отстранили от работы и, возможно, уволят.