Тибетские ламы не изменяли буддизм и не сочетали его с какой-либо другой религией. Далай-лама подчеркивает, что в тибетских комментариях даже после краткого толкования учения цитируется источник, будь то речь самого Будды или другого индийского учителя, и только на этом основании утверждается каждое положение. Современные индийские ученые в области как буддийской, так и небуддийской философии отмечали, что даже тогда, когда положения Учения трудны для понимания, их смысл более ясен в тибетских переводах, сделанных много веков назад.
Некоторые индийские исследователи считают отдельные фрагменты текстов более легкими для понимания в тибетском переводе, чем на санскрите. Более того: многие буддийские тексты, утерянные в Индии, сохранились только в тибетских переводах. Есть незначительные отличия тибетского буддизма от индийского, обусловленные местностью, временем или внешними условиями, как и в других религиях. Разные школы тибетского буддизма в своей основе едины, они лишь несколько различаются в способе наставления.
Тибетский буддизм — это точная тибетоязычная версия позднеиндийского буддизма Махаяны, сильно отличающаяся от китайского [1]. Тибетская и китайская ветви Махаяны развивались отдельно, а тибетский и китайский языки стали самыми важными неиндийскими языками, на которых передавался буддизм Махаяны. От китайскоязычной традиции произошли многочисленные разновидности буддизма Восточной Азии, тогда как тибетоязычная версия легла в основу буддизма Монголии и Трансгималайского региона.
Поэтому неверно считать тибетский буддизм неким преобразованным вариантом — или, тем более, смесью буддизма и шаманизма, для которой европейцы придумали термин «ламаизм». От этого слова надо отказаться, потому что неверен и сам термин, и вкладываемый в него смысл.
Об этом не раз писали. Приведу мнение крупного отечественного ученого Е.А. Торчинова [2]:
«Говоря о тибетском буддизме, необходимо сразу же указать на неправомерность употребления термина “ламаизм” для обозначения этой ветви Махаяны. Сами тибетцы не знают этого слова, для них существуют лишь такие понятия, как Дхарма (чой), Дхарма Будды (Сангье чой) или Махаяна (тег-па чэн-по). Это слово было создано европейцами в XIX в. для того, чтобы подчеркнуть существовавший в Тибете культ духовного учителя, “доброго друга” (кальяна митра) — ламы (от тибетских слов ла — “высокий” и ма — “нет”, то есть “выше нет”). Таким образом, тибетский буддизм превращался как бы в особую конфессию, что совершенно неоправданно, поскольку тибетская монастырская традиция не только восприняла, но и с необычайной тщательностью сохранила и воспроизвела позднеиндийскую буддийскую традицию во всей ее полноте. В этом отношении с гораздо большим основанием можно было бы счесть особой конфессией китайский буддизм, сильно изменившийся и трансформировавшийся под воздействием традиционной китайской культуры. Что же касается культа лам, то йога почитания учителя (гуру-йога) — явление вполне индийское и лишенное какой бы то ни было тибетской специфики. Фактически все отличия тибетского буддизма от индийского буддизма эпохи Палов существуют только на уровне народной и бытовой религиозности, не затрагивая собственно “большую традицию”.
В 60-е годы XX в. вопрос о “ламаизме” приобрел и политическое измерение: после подавления антикитайского восстания в Тибете и бегства Далай-ламы XIV в Индию (а особенно во время печально известной “Великой Пролетарской Культурной Революции” 1966–1976 гг.) власти КНР осуществили ряд репрессивных актов, направленных как против тибетского духовенства, так и против буддийской традиции и национальной культуры Тибета в целом, утверждая, что тибетский “ламаизм” (кит. “лама цзяо”) не есть буддизм или же это всего лишь деградировавшая форма буддизма, а потому он не заслуживает сохранения в качестве части общекитайского культурного наследия. Именно тогда Далай-лама призвал ученых всего мира отказаться от употребления слова “ламаизм”. Не будем употреблять его и мы, причем по причинам исключительно научного характера».
Тем не менее, до сих пор в китайских пропагандистских материалах можно встретить утверждения, будто «тибетцы имеют собственную тибетскую религию — ламаизм» [3], якобы это ветвь китайского буддизма, а Панчен-лама — будто бы «вероучитель китайского буддизма» [4]. Но, возможно, положение меняется. В английском переводе китайской «Белой книги» по тибетской культуре за 2008 г. уже используется термин «тибетский буддизм», а не «ламаизм» [5].