В одном из комментариев к моей серии постов о различных методиках был вопрос об известном итальянском тренере Ренато Канова. Точнее, был запрос на рассказ о нем.
Относительно подробная статья о методе Ренато Канова была напечатана несколько лет назад в печатном варианте журнала "Легкая атлетика". Кстати, в советское время это был очень интересный и обучающий журнал с большим количеством научного и практического материала.
Но вернемся к Канове. Знающим людям известно, что многие успешные кенийские бегуны являются именно его воспитанниками. Чтобы не перечислять всех скажу, что у него только призеров и чемпионов Чемпионатов мира и Олимпиад больше 60-ти(!!!). Но... все африканцы, в большинстве своем кенийцы. Это маленький факт, но немаловажный. Дело не столько в таланте кенийцев, сколько в другом. Но сейчас речь о методике. Она, конечно, специфична и даже уникальна. Да, она имеет примерно схожую Лидьярдовской основу, но существенно более жесткая.
Если выразить это коротко, то будет звучать так: "Чтобы бегать быстро на соревнованиях, надо бегать быстро на тренировках." И это в буквальном смысле значит ОЧЕНЬ быстро.
Проблема для большинства бегунов, тренирующихся в такой группе (а у Кановы все тренируются именно в группе), что ориентир идет на лидеров. А если в группе несколько бегунов уровня 2:07 и быстрее (на марафоне), то абсолютно все бегут их темпом.
Теперь несколько слов о самих тренировках, точнее, тренировочной программе.
Мягко говоря, она довольно насыщенна. Знаю об этом не понаслышке, а на практике. У меня был ученик Александр Кузин из Киева. До обращения ко мне у него был опыт проживания и тренировок в Италии, где его и познакомили лично с Кановой. После их встречи Саша, имевший личный рекорд 2:10.04 (тогда это был рекорд Украины), получил план тренировок от маэстро. Когда спустя пару лет этот план увидел я, у меня глаза на лоб вылезли. Это было не жестко. Это было ЖЕСТОКО.
В один день мог утром быть бег 24км по 3.30/км, а вечером интервальная тренировка 10х1000 по 2.55. Если я сделал бы вторую тренировку как первую в какой-либо день, то вечером был бы максимум бег 10-12км в первой зоне (4.30-4.50/км) и на следующий день тоже была бы относительно легкая тренировка. На неделе в плане могло быть до 4 жестких тренировок и в завершении длительный бег, который, как правило, был прогрессивным. Это означало начало по 3.30-3.40/км на первых 10км и дальше увеличение темпа до почти соревновательного марафонского на последних 7-8км. Если посчитать среднюю скорость на 2:09 на марафоне, то это 3.03/км.
После такой подготовки в течение нескольких месяцев бегун либо был готов бежать 2:07 и быстрее, либо... мог не бежать вообще. После изучения того плана мне стало понятно, почему на марафоне во Франкфурте (в 2003 году) я бежал по 15.10-15.15 на каждые 5км в группе примерно из 20 африканцев, а к 30 она уменьшилась до 6 человек. На финише только двое показали 2:09, третье место было уже 2:11, пятое - 2:14. То есть они бежали быстро до отметки 1/2-3/4 дистанции, а дальше те, кто не выдерживал, либо добегали пешком, либо вовсе сходили.
Почему такое возможно именно среди кенийцев?
Ответ на поверхности. Жизнь в Кении бедная, а бегуны, выигрывающие призовые места в забегах по всему миру, за пару лет успешных выступлений, могут обеспечить на всю жизнь не только себя, но и всю семью или даже деревню. В принципе, слава учеников Кановы не дает покоя и европейцам, и даже нашим ребятам. Для кого-то это сработало. Например, почти всем известен результат 2:05 норвежца Моэна в Фукуоке 2017 года. Но потом он был тенью себя на Чемпионате Европы следующего года.
Похожее можно сказать и про нашего Степана Киселева. Степа тренируется по несколько месяцев в Кении: с середины зимы прошлого года до начала апреля. Примерно с середины своего пребывания там бегал на тренировках практически на уровне всей группы Кановы, и мы ожидали о него высокого результата на обоих Чемпионатах страны (напомню, наши легкоатлеты не могут выступать на международных марафонах из-за запрета ИААФ) прошлого и этого года, а возможно, и нового рекорда нашей страны. Я написал "мы" потому что я был в прошлом году в Волгограде, сидел рядом со Степаном на пресс-конференции и разговаривал с ним после нее. И потом болел год за него на трассе. И в этом году также следил за результатами Казанского марафона. Степа честно и бесстрашно сражался со временем, но его хватило на те же самые 30 километров, что и на тренировках, поэтому рекорда мы не увидели... При этом я надеюсь и верю, что Степан может установить новый рекорд страны.
Какой вывод из всей истории и вообще всего поста? Я думаю, что выигрывают от этой методики те бегуны, которые попадают в аэробную зону на большинстве тренировочного объема. То есть действует принцип, сходный с 80/20. Может быть это не точно так, но очень близко к этому. Если для Кипчоге 3.20/км - это аэробный темп (верхняя граница второй пульсовой зоны), то для такого эта система будет приносить положительный эффект. А другие, возможно, могут выдержать такой же график, но по большей части для них многие тренировки проходят в соревновательном режиме. Такие бегуны не развивают свой потенциал и функциональные возможности, а лишь используют то, что имеют. И поэтому на соревновании они бегут до определенной отметки в видимой легкостью. А потом происходит то, что называется английским словом bonk - упираются в стену.
Они идут на это сознательно-неосознанно. Сознательно - потому что понимают, что могут в итоге сорвать банк. Неосознанно - потому что не понимают, что имеют больше шансов на неудачу. А бешеный успех Кановы, выраженный в виде такого массового показа высоких результатов, объясняется не только его тренерским гением, но и глубоким талантом кенийских детей, которые живут и развиваются с одной стороны в бедности, с другой - в естественных условиях, идеальных для развития бегуна на выносливость.
Успешному американскому тренеру Джо Вихилу (Joe Vigil), известному нашим читателям по книге "Рожденный бежать", принадлежит фраза: "Хороший бегун - голодный бегун". Конечно, эта фраза имеет переносное значение. Думаю, кенийцы соответствуют ей в полной мере. А Канова дает им этот шанс. В определенной степени эксплуатирует их стремление заработать и получить известность.
Повторюсь, что это лишь мое мнение, даже я бы сказал - ощущение.