На проходческом участке был у нас однажды и.о. горного мастера. С виду неказистый шахтёр лет сорока, немного прихрамывал на одну ногу. Курил всегда махорку, завёрнутую «козьей ножкой» в клочок газеты. Нередко между собой мы называли его Махоркой; он не обижался и лишь лукаво улыбался: «А мне нравится махорка – она ядрёная».
Никогда не одевал белую каску, всегда ходил в красной и если бы не ШИ на плече с рыжей грушей под цвет его усов, ничто не выдавало бы в нём младшее звено ИТР. По незнанию его легко можно было принять за ГРП, по сути он и на проходчика-то внешне не особо походил. Но внешность нередко бывает обманчива.
С обязанностями горного мастера он справлялся великолепно. Из шахты на наряд положение по телефону передавал чётко: «Алё! На связи горный...» и далее что, где и как. Мы спрашивали у него:
– Почему горный, а не горный мастер?
С некоторой досадой в голосе он пояснял:
– Так ведь я же не мастер, а исполняющий обязанности. Но говорить и.о. не хочется, поэтому просто «горный» без мастера.
Мы неоднократно наседали на начальника:
– В чём дело? Почему наш мастер и.о.? Он же отлично тянет на должность мастера, никого не замещает. Пиши на него приказ!
Начальник обещал, что переведёт его в мастера, но время шло и никаких движений в этом направлении не наблюдалось. Почему начальник тянул с приказом, мы так и не поняли.
Отчёты после смены наш мастер (пусть и и.о.) писал грамотно. Что бы ни случилось на смене, ситуацию изложит в такой интерпретации, как будто-то так изначально и было задумано. Начальник на следующем наряде спрашивает:
– Вы вчера не сделали то-то и то-то...
Наш мастер (и.о.) объясняет:
– А чё мы? Мы .., – и далее он говорил быстро-быстро, что не всегда успевали уследить за ходом его речей, а в конце сбавлял темп и с лукавой улыбкой добавлял, – Но наряд-то сделали!
Начальник не унимался:
– Наряд сделали – молодцы! А это и то...
Мастер (и.о.) перебивал:
– А что это да то? – и далее снова шла скороговорка, а в конце улыбка и финал, – Наряд-то в кармане!
Спорить бесполезно. Махнув рукой, начальник продолжал вести наряд.
В забой Махорка редко приходил с пустыми руками. Обычно что-нибудь да приносил: то небольшую снизку гаек, то распору на арочную крепь или хомут, то ещё какую-нибудь мелочь достанет из кармана. На наш вопрос: «Где взял?» хитро отвечал: «А вам какое дело?». Но точно не из забоя другой бригады! И из нашего забоя в другую бригаду он тоже ничего не уносил. Где он брал расходные материалы, мы так и остались в неведении, хотя и были предположения.
Однажды как обычно пришёл наш мастер в забой, посмотрел положение, чтобы передать на наряд, подходит к телефону, снимает трубку и набирает номер участка:
– Алё! На связи горный мастер...
Мы прифигели – на наших лицах нарисовались одновременно и удивление, и недоумение, и восхищение. Завершив разговор по телефону, обращаясь к нам наш мастер многозначительно произнёс:
– Ждём выходного!..