«От большинства остаётся только тире между двумя датами»,- было сказано в одном хорошем фильме… А если эти люди интересуют нас? И зачастую не сами по себе, а потому, что судьба сводила их с теми, о ком будут помнить века? Как найти о них хоть какую-то информацию?
Николай Ржевский. Обычно, говоря о нём, упоминают лишь, что он ушёл из жизни первым из лицейских, в 17 лет. Попробуем собрать пазл из разрозненных крупиц сведений.
Портрет Ржевского до нас не дошёл. Лицейские прозвища его - Дитя, Кися, Кис (говорят, что физически он был мало развит и казался совсем ребенком). Один не только из самых младших, но и, видимо, из самых ленивых лицеистов (Корф говорил, что с ним «в лености мог спорить только Дельвиг»; но дарования их, естественно, были несравнимы):
С игрушкой кись
Кричит: ленись!
Я не хочу учиться!
Педагоги отзывались о нём сдержанно: «Дарования есть, но по молодости его они еще не довольно приметны в успехах, по сей же причине он невнимателен к своей пользе, резов, и кроме детских невинных ошибок ничего предосудительного в нем не видно… Мало успехов от малолетства… Способности не развились». Итог подведёт в 1816 году Е.А.Энгельгардт: «Хорошее сердечное дитя, но, к сожалению, дитя, и он им всегда останется в отношении наук, по крайней мере по сравнению с многими из своих соучеников. У него ни в какой мере нет недостатка в талантах, и, если бы он был в младшем классе вместо старшего, он, может быть, стал бы очень хорошим воспитанником… Класс, полный Ржевских, был бы для нас не плох, но ему в этом классе приходится довольно туго». Вероятно, как и Данзас, Ржевский просто ещё «не дорос» до преподаваемых наук. Только если Данзасу судьба дала шанс проявить себя на полях сражений, то у Ржевского не было и этого…
Однако, по словам всё того же Корфа, Ржевский «писывал иногда кой-какие стишонки», а также был в числе издателей лицейских журналов.
Сохранился акростих (написанный, видимо, Илличевским) с оценкой его творений:
Епитафия
Родясь, как всякий человек,
Жизнь отдал праздности, труда как зла страшился;
Ел с утра до ночи; под вечер спать ложился;
Вставая, снова ел (да пил) и так провел весь век.
Счастливец! на себя он злобы не навлек.
Кто впрочем из людей был вовсе без порока?
И он писал стихи, к несчастию, без прока.
Н.Эйдельман именно к Ржевскому относит слова Пушкина (в связи с нападками на него враждебных критиков):
«...В Лицее один из младших наших товарищей, и не тем будь помянут, добрый мальчик, но довольно простой и во всех классах последний, сочинил однажды два стишка, известные всему Лицею:
Ха, ха, ха, хи, хи, хи!
Дельвиг пишет стихи!
Каково же было нам, Дельвигу и мне, в прошлом 1830 году, в первой книжке важного Вестника Европы найти следующую шутку: "Альманах Северные цветы разделяется на прозу и стихи - хи, хи!". Вообразите себе, как обрадовались мы старой нашей знакомке! Сего не довольно. Это хи, хи! показалось, видно, столь затейливым, что его перепечатали с большой похвалой в Северной пчеле».
Слова «не тем будь помянут» как будто ясно указывают, что человека, о котором идёт речь, уже нет в живых… Ржевский по окончании Лицея поступил в Изюмский гусарский полк и через несколько месяцев, осенью 1817 года, умер. Директор Лицея Энгельгардт напишет Матюшкину: «Военные наши, после пятимесячного фрунтового курса, наконец, попали в офицеры, а бедный Ржевский и до этого не дожил, он умер от гнилой нервической горячки [видимо, тифа]. Гроб его понесли 6 из наших бывших его товарищей» (интересно бы узнать, кто).
По имени Пушкин не называет Ржевского нигде, но, говоря в стихотворении «Чем чаще празднует лицей» об умерших лицеистах, отметит: «И надо всеми мы рыдали!»
Если статья понравилась, голосуйте и подписывайтесь на мой канал!
«Оглавление» всех публикаций о Лицее смотрите здесь
Навигатор по всему каналу здесь
«Путеводитель» по всем моим публикациям о Пушкине вы можете найти здесь