Материалы проведенных под Калинином, Харьковом и Смоленском эксгумаций в совокупности со свидетельскими показаниями начальника Калининского НКВД Токарева, сотрудника Харьковского НКВД Сыромятникова, Смоленского НКВД Климова и другие показания дают достаточно оснований сделать единственно возможный вывод, что в этих областях в апреле-мае 1940 года органами НКВД расстреляно большое количество польских граждан: военнослужащих вооруженных сил Польши, полицейских, сотрудников тюремной охраны, пожарников и иных государственных служащих.
Приобщенные к материалам уголовного дела документы дают возможность конкретизировать число расстрелянных, определить круг непосредственных участников преступного деяния. Изъятые в государственном военном архиве, архиве ФСБ и других ведомственных архивах документы раскрывают технологический процесс реализации преступного деяния, проливают свет на его мотивы.
Таких документов, что видно из перечня, размещенного в разделе «Библиотека. Исследователям Катынского дела» сайта http://www.katyn-books.ru больше сотни.
Однако есть обстоятельство, выдвигающие на повестку вопрос о том, можно ли использовать указанные документы в качестве доказательной базы.
Таким обстоятельством является письмо ныне покойного депутата Государственной Думы Виктора Илюхина на имя Руководителя КПРФ Зюганова.
Уважаемый Геннадий Андреевич! – Пишет Илюхин в своем письме. - Ставлю Вас в известность, как лидера компартии и депутатской фракции КПРФ в Госдуме, что 25 мая 2010 года мне позвонил неизвестный мужчина, который попросил о встрече со мной. При этом он сообщил, что может дать информацию в связи с расследованием гибели польских офицеров в Катыни. Данная встреча состоялась в этот же день.
Неизвестный мне назвал свою фамилию, в целях его безопасности раскрывать ее пока не буду, и сообщил, что он имеет непосредственное отношение к изготовлению и подделке архивных документов, в том числе и по расстрелу пленных поляков.
Из его высказываний следует, что в начале 90-х годов прошлого века была создана группа из специалистов высокого ранга по подделке архивных документов, касающихся важных событий советского периода. Эта группа работала в структуре службы безопасности российского президента Б.Ельцина. Территориально она размещалась в помещениях бывших дач работников ЦК КПСС в пос. Нагорный. Работа членов группы хорошо оплачивалась, они получали продуктовые наборы.
Он, в частности, сообщил, что ими была изготовлена записка Л.Берии в Политбюро ВКП (б) от марта 1940 года, в которой предлагалось расстрелять более 20 тысяч польских военнопленных. При этом он продемонстрировал механизм подделки подписей Л.Берии, И.Сталина (копии листов прилагаю). Не исключаю, что польскому правительству были так же вручены поддельные документы по т.н. Катынскому делу.
Он сообщил, что его группой была изготовлена фальшивая записка Шелепина на имя Хрущева от 3 марта 1959 года. Непосредственное участие в написании текста принял полковник Климов.
По его словам в Нагорное доставлялся необходимый заказ, текст для документа, который следовало изготовить, или текст, чтобы внести его в существующий архивный документ, изготовить под текстом или на тексте подпись того или иного должностного лица.
По его информации над смысловым содержанием проектов текстов работала группа лиц, в которую якобы входили бывший руководитель Росархива Пихоя, приближенный к первому российскому президенту М.Полторанин. Названа также фамилия первого заместителя руководителя службы безопасности президента Г.Рогозина.
Группа проработала в пос. Нагорное до 1996 года, а потом была перемещена в населенный пункт Заречье.
Ему известно, что с архивными документами в таком же ключе работали сотрудники 6-го института (Молчанов) Генштаба ВС РФ.
Он утверждает, что в российские архивы за этот период были вброшены сотни фальшивых исторических документов и еще столько же были сфальсифицированы путем внесения в них искаженных сведений, а так же путем подделки подписей. В подтверждение сказанного собеседник представил ряд бланков 40-х годов прошлого века, а также поддельные оттиски штампов, подписей и т.д. Он пообещал представить дополнительные материалы. Одновременно заявил, что у него частенько вызывает иронию представление общественности тех или иных архивных документов как достоверных, хотя к их фальсификации «приложила» руку названная группа людей.
Уважаемый Геннадий Андреевич, полагаю, что в рассказе собеседника есть доля правды. Сошлюсь, например, на то, что российскими учеными, в частности, доктором исторических наук М.Мельтюховым уже доказана фальсификация «Завещания В.И.Ленина», документов, связанных с отречением от престола Николая II, есть и другие подобные факты.
Вопрос более чем важный. Он связан с полнейшей дискредитацией значимости российских архивов, хранящихся в них документов, а главное с дискредитацией нашей отечественной истории.
Работу по исследованию данной проблемы необходимо продолжить, привлечь к ней наших ученых-историков.
Ставить вопрос перед российским правительством считаю пока преждевременным.
Сообщается на Ваше усмотрение. В.И.Илюхин
26.05.2010 г.
То ли не дождавшись от Зюганова ожидаемой реакции, то ли наоборот, получив от него благословение, Илюхин, судя по сообщению на сайте КПРФ, 16 июня того же 2010 года выступил на пленарном совещании Государственной Думы, где сообщил имеющуюся у него информацию тайного информатора. Свое выступление Илюхин закончил словами: «Мы вновь ставим вопрос о необходимости парламентского расследования обстоятельств уничтожения пленных поляков под Смоленским в Козьих горах (Катынь), а так же по фактам фальсификации исторических документов».
Ни я, ни интернет не обладаем информацией о ходе обсуждения депутатами предложения Илюхина. Но именно отсутствие этих сведений и дает основание предположить, что депутаты не посчитали информацию Илюхина заслуживающей внимания, хотя народных представителей образца 2010 года трудно отнести к поклонникам Ельцина.
Приведу вам один комментарий на это сообщение, с которым трудно не согласиться.
«Второе издание "11 чемоданов компромата" Руцкого. Или фальшивых "документов" того же Илюхина в 1999 году о "краже траншей МВФ".
Илюхин прекрасно знает, что положено делать в таких случаях. Надо написать заявление в Прокуратуру о совершённом преступлении. Указать известные сведения, факты, свидетелей. Приложить доказательства или хотя бы их копии. Чего проще? Интересно, почему это до сих пор не сделано?
И лучше бы Илюхин не заикался о "фальсификации «завещания Ленина»". Уши вянут от такой ахинеи. С "завещанием" Ленина (Письмом к съезду) были ознакомлены все делегаты 13 съезда ВКП(б). Это более тысячи человек. Его основное содержание было описано и опубликовано Сталиным и Троцким. Смотри, например, 10 том собрания сочинений Сталина, изданный в 1949 году. Полностью "завещание" было опубликовано при Хрущёве в 1956 году. Потом оно было издано в составе 4 и 5 изданий собрания сочинений Ленина. При Хрущёве и при Брежневе. И никто из историков и ветеранов партии тогда не усомнился. А ведь многие десятки делегатов 13 съезда ВКП(б) тогда были живы, в том числе Ворошилов, Каганович, Кржижановский, Андреев, Мануильский, Микоян, Молотов, Петровский и т.д. Никто из них не сказал "не было такого завещания". А тут вылезает бывший прокурор Илюхин на трибуну и начинает вещать "уже установлена фальсификация"... Тоже мне, "историк"».
Из статьи Владимира Тихомирова, опубликованной в журнале «Огонек» в июне 2010 года (она называется «Коммунист Илюхин затевает очередной исторический скандал») мы узнаем, что «в Управлении пресс-службы и информации Минобороны РФ корреспонденту "Огонька" сообщили, что в структуре Генштаба ВС СССР никогда не было никакого "шестого института". Сейчас же при Генштабе ВС РФ есть только единственный профильный институт — Институт военной истории, где, разумеется, все подозрения в фальсификации с негодованием отвергли».
Но давайте с вами спросим самого Пихоя, бывшего руководителя Государственной архивной службы России, которого Илюхин назначил в своем письме организатором фальсификаций.
«- Рудольф Германович, тем не менее, если предположить, что какую-то определенную справку Берии действительно могли фальсифицировать, то можно ли подделать и все остальные архивные документы по этому вопросу?
- Это абсолютно невозможно. Документы правительственных организаций или ЦК никогда не выходили в единственном экземпляре, с них снимаются копии, которые хранятся и в Государственном архиве Российской Федерации, и в Российском государственном архиве новейшей истории, и в Архиве социально-политической истории, и в других ведомствах. Ну и потом, допустим, подделаете вы один-два документа, а куда прикажете девать сотни и тысячи документов, хранящихся в десятках ведомств, которые полностью противоречат этой фальшивке? Ведь о расстреле польских офицеров свидетельствует не только справка Берии или там того же Шелепина, но и десятки тысяч других документов: рапорты конвоя, списки конвоируемых, накладные на выдачу продовольствия, отчеты о служебных командировках сотрудников НКВД, справки о расходовании боеприпасов... Все эти кипы документов хранятся. Или их тоже сфальсифицировали?».
Кроме имени бывшего руководителя Государственной архивной службы России в записке Илюхина названы и еще несколько фамилий, вероятнее всего, для придания письму видимости достоверности. К подельникам Пихоя причислен Михаил Полторанин, C 22 февраля по 25 ноября 1992 года - заместитель Председателя Правительства Российской Федерации и глава межведомственной комиссии по рассекречиванию документов КПСС, а с 1996 года, как утверждает «википедия» - президент телевизионной корпорации «Момент истины».
Пикантность ситуации в том, что в одном из выпусков программы «Момент истины» Полторанин рассказывал ее бессменному автору и телезрителям о фальсификации катынских документов, что, как не трудно понять, разрушает придуманную кем-то и транслируемую Илюхиным схему придуманной-же фальсификации архивных документов.
Информационным поводом к этому выпуску «Момента истины» послужило связанное с «Катынью» решение ЕСПЧ. Более подробно об этом решении и о особенностях его прочтения Крауловым, поражающих воображение я расскажу в одной из следующих статей. Будет интересно. Подписавшись на канал, вы не пропустите и ее.
Допрашиваемые в ходе расследования уголовного дела свидетели называли фамилии лиц, принимавших участие в расстрелах польских военнопленных. На всякий случай напомню, что допросы проводились с применением аппаратуры видео фиксации, что исключает подозрение в давлении на свидетелей. К слову сказать, в отличие от свидетельских показаний, приобщенных к материалам комиссии Бурденко, о чем я рассказывал в статье «Все мною сказанное — правда, ответственность за клевету мне понятна, я сказал всю правду».
Характер допроса Токарева, которому следователь предъявлял часть ранее обнаруженных в архивах документов, со всей очевидностью свидетельствует, что свои показания бывший начальник Калининского НКВД (и другие свидетели тоже) давал после приобщения архивных документов к делу.
Так вот, Токарев, начальник Калининского НКВД назвал фамилии: Блохин, Синегубов, Кривенко, Сухарев, Рубанов. Из показаний сотрудника Харьковского НКВД Сыромятникова мы узнаем еще две фамилии: Куприн и Голицын. Работавший надзирателем в тюрьме УНКВД по Смоленской области К. Е. Бороденков также показал, что из разговоров с сослуживцами И. А. Гвоздовским, И. И. Стельмахом, И. М. Сильченковым. И. И. Грибовым в 1940 г. ему стало известно, что они расстреливали польских военнопленных и захоронили их в лесу в Козьих горах (в Катынском лесу). Бывший сотрудник УНКВД по Смоленской области П. Ф. Климов продублировал фамилии: Грибов, Стельмах, Гвоздовский и доплнил список фамилией Рейсон Карл. Он же показал, что шоферы: Кулешов, Костюченко Николай, Титков, Григорьев Виктор вывозили трупы расстрелянных поляков к месту захоронения.
Эти абсолютно независящие друг от друга свидетельства пересекаются в одном документе, а конкретно в приказе наркома внутренних дел СССР Л.П. Берии № 001365 «О награждении работников НКВД» от «26» октября 1940 г.
В нем «за успешное выполнение специальных заданий» в числе прочих «работников НКВД СССР, УНКВД Калининской, Смоленской и Харьковской областей» месячным окладом награждены: ст. лейтенант государственной безопасности Грибов И.И.; ст. лейтенант государственной безопасности Рубанов А.И.; ст. лейтенант государственной безопасности Куприн Т.Ф.; майор государственной безопасности Блохин В.М.; старший майор государственной безопасности Синегубов; комбриг Кривенко и сержант государственной безопасности Гвоздовский H.A.
Стельмах И.И., Костюченко Н.К., Григорьев М.П., Сухарев Н.И., Галицын H.A. и Сыромятников М.В. обозначены в числе тех, кому в качестве поощрения досталось по 800 рублей.
Совпадение показаний свидетелей с приказом Берии, как нельзя лучше подтверждает достоверность и показаний и приказа.
А вот еще один пример, подтверждающий подлинность архивных документов.
Все тот же Токарев, начальник УНКВД по Калининской области в качестве лирического отступления поведал:
«Я случай вот какой помню, хочу Вам рассказать. Как легко распоряжались человеческой жизнью. Однажды звонит мне личный секретарь Кобулова, Якимов, был такой: «Товарищ Токарев, сейчас Богдан Захарович будет с Вами говорить». Я беру трубку: «Слушаю». – «Слушай, Токарев. Там у тебя есть один человек, приговоренный уже к расстрелу. Да, в Калининской области есть человек, приговоренный уже к расстрелу. Он является племянником Михаила…». Был у нас кинорежиссер польский, как его… он еще был у меня в кабинете один раз, вместе с Жаковым, артистом, киноартистом известным. Как его? ...забыл, потом вспомню. Так вот: «Его зачеркнуть, зачеркнуть надо».
Следователь: То есть не направлять на расстрел?
Токарев: Не надо расстреливать. А он уже доставлен в Калинин, чтобы ночью расстрелять. Я немедленно связался с кем-то, там не знаю уже, с кем, теперь не помню, и сам [сказал]: «Зачеркните и мне покажите, что Вы зачеркнули эту фамилию, оставьте его». Вот потом его направили в другой лагерь куда-то, куда – [не скажу, честно (?)]. Как же фамилия этого режиссера? …вот его есть картина «Тринадцать», помню, потом «Сорок первый», кажется. Видный такой был. Он польский гражданин. Он был, правда, потом автоматически принят в советское гражданство, поскольку перешел к нам.
Среди приобщенных к делу документов мы обнаруживаем служебную записку А.Я. Герцовского И.И. Хохлову от 27 апреля 1940 года о задержке этапирования польских военнопленных С. Свяневича и М. Ромма.
В ней говорится: «По распоряжению заместителя наркома внутренних дел Союза ССР тов. Меркулова прошу немедленно же дать распоряжение о задержке этапирования в гор. Смоленск Свяневич Станислава Станиславовича, содержащегося в Козельском лагере и в гор. Калинин — Ромм Михаила Александровича, содержащегося в Осташковском лагере.
Из текста записки не трудно понять, о каком режиссере рассказывал на допросе Токарев.
И здесь опять показания свидетеля и документ взаимно подтверждают достоверность свидетельства и подлинность документа.
Есть и другие пересечения свидетельских показаний и приобщенных к делу документов. Правильнее сказать – в деле нет документов, противоречащих свидетельским показаниям, что исключает возможность не только утверждать о подложности документов, но даже и заподозрить их подделку.
Кроме этого есть еще слова А. Ю. Яблоков, который вел следствие по катынскому делу. Он пишет (Новая газета, спецвыпуск "Правда ГУЛАГа", 22.04.2009, "Виновным назначен Берия"), что:
«с участием судебных экспертов из ВНИИСЭ и ЦСМЛ МО РФ были назначены и проведены комиссионные, судебные, технические и почерковедческие экспертизы, подтвердившие подлинность этих документов, а также, что подписи, выполненные на этих документах от имени Сталина, Ворошилова, Молотова, Микояна, Берии, были исполнены именно этими лицами».
Верить или не верить тому, что зафиксировано в записке Илюхина решает каждый для себя сам.
Я же полагаю, что письмо Илюхина, мягко говоря, не настолько убедительно, что бы на его основании отвергать обнаруженные в архивах документы, как подложные.
Другие статьи цикла о "Катыни".
1. «Памятную доску о расстреле органами НКВД польских военнопленных снесли. На очереди мемориал на месте захоронения?»
2. «Рокировка. Памятную доску о расстреле органами НКВД поляков демонтировать – Сталину установить».
4. "Было принято решение сами захоронения залить раствором щелочи, которая сжигает и костные останки, и материю, и металл"
5. "Кто, как не враг мог это сделать?"
6. «Все мною сказанное — правда, ответственность за клевету мне понятна, я сказал всю правду».
Вам также может быть интересна статья: «Донос Иуды. Предательство или подвиг самопожертвования?»
Все знают о том, как трудно пробивали дорогу к своим читателям эпохальные произведения Пастернака, Солженицына и Гроссмана. И понятно, почему. Они тоже были апокрифами и не вписывались в каноны "исторической правды".
А вот чем пришелся не ко двору партийным функционерам роман "Брестская крепость", тот самый, по которому не так давно был снят одноименный фильм, известно немногим. В то, что и он не вписался в каноны "исторической правды" верится с трудом.
Я рассказал об этом в цикле статей, первая из которых называется: «130 тысяч экземпляров только что изданной «Брестской крепости» «изрезали в лапшу», и макулатуру отправили на бумажный комбинат».