Удивительно, но, возможно, что все эти истории упадка во II-III веках взаимосвязаны, как вскоре мы увидим. Однако было бы заблуждением предполагать, что они имеют одни и те же первопричины.
Начнём с римлян. Для римлян главной проблемой был кризис имперской легитимности. Легионы провозглашали императора за императором,
но ни один из не продержался достаточно долго, чтобы основать династию. Каждый был вынужден умиротворять войска разоряющими повышениями и премиями.
Внутренний кризис усугублялся и в значительной степени стимулировался развитием событий за границей. По северным границам пронеслись беспрецедентно крупные и хорошо организованные племенные конфедерации. На востоке парфяне сменились агрессивной династией Сасанидов, возглавлявших массированные набеги на Сирию
(в те годы римскую провинцию).
У парфян никогда не было единого государства. Частично проблема была
в децентрализованном характере их имперской администрации, которая делегировала часть власти местным династиям. Ещё одной причиной было постоянное внешнее давление.
Со времён правления Октавиана Августа (27 г. до н. э. — 14 г. н. э.) и вплоть до конца третьего века парфяне были боксёрской грушей Рима.
Их столица не раз занималась римскими войсками, и их политика постоянно осложнялась римским вмешательством. Однако, в конце концов, Парфянская империя оказалась повержена внутренним врагом.
Ардашир, основатель династии Сасанидов, был мелким вассалом одной из провинций. Он поднял мятеж и на волне затяжной войны между парфянским царём и римлянами воспользовался истощением правящей династии.
О Кушанах известно меньше, чем об их соседях. Их упадок в середине III века можно в значительной степени отнести на счёт Сасанидов, завоевавших кушанские территории к западу от реки Инд. После этих походов кушаны отступили на юго-восток, где временно сохраняли свою власть.
Китайская империя Хань пришла в упадок и пала по причинам, которые
не имели ничего общего с их западными соседями. Семена краха были посеяны ещё столетия назад, когда император Гуанву установил режим, который позволял местных землевладельцам становиться всё более могущественными, тем самым отдаляясь от императорского двора.
Серия восстаний в сочетании с рядом слабых и несовершеннолетних императоров создали вакуум власти, эксплуатируемый поколениями сверхмогучих генералов.
Между четырьмя историями упадка существовала взаимосвязь,
по меньшей мере в том, как возвышение Сасанидов дестабилизировало римский и кушанский режимы. Можно было бы постулировать шаблоны упадка, основанные на затяжных последствиях Антониновой чумы (прокатившейся по Азии в конце II века н.э.) или на крупномасштабных климатических изменениях (что кажется менее убедительным).
Но даже если бы такая связь была доказана, упадок всех четырёх империй должен был бы основываться на собственных условиях.