Мир разнообразен. В нём обитают паяльщики и стоматологи, сантехники и космонавты, пианисты и роялисты. Есть место в нём и для особого дамского вида под названием «музейная тётенька». Как правило, это женщина преклонных лет или, во всяком случае, находящаяся на пороге того чудесного возраста, когда нам многое прощается. Почти как в детстве. Кстати, в моём детстве были точно такие же музейные тётеньки.
Музейная тётенька - вечна, как вечны музеи. И название-то у них красивое - смотрительницы залов. Не надзирательницы и не даже не смотрящие (как иногда хочется их определить), а именно так - смотрительницы. Хранительницы. Музейная тётенька может быть умной и глупой, рафинированно-принаряженной и неряшливой, злобной и очаровательной. Но, так или иначе, всех женщин этой славной профессии можно разделить на три условных типа - Музы, Церберы и Сфинксы.
1. Итак, типаж под названием Музы. О, они обожают предмет, который стерегут. Если музей посвящён Пушкину, то они обожают Пушкина. Если вдруг тема экспозиции - водопроводные краны, будут обожать и краны. Они не просто обожают - они ревниво и по-бабьи привязчиво пестуют память о предмете или о человеке. Их рефрен, точнее девиз: «Вы ничего не понимаете!». Они настойчиво ходят за посетителем и зорко следят, чтобы он внимательно и благоговейно осмотрел все положенные ему экспонаты. «Что же вы подгузники Дантеса пропустили?! Их нашему музею французы подарили за валюту!» - спрашивает она, транслируя, тем самым, что мы проигнорировали целый пласт истории и нам должно быть стыдно. Она непременно расскажет, что вот этот веер, расписанный купидонами и рокайлями, некогда принадлежал Екатерине Великой, а во время войны за ним охотился некто из Ahnenerbe! Потому что тут была тайнопись самого графа де Сен-Жермена.
2. Следующим пунктом у нас идут Церберы. Эти - гавкают. Они стерегут сокровища, будучи равнодушными к самому содержимому. Просто вы их страшно бесите. Им всё время кажется, что ваш ребёнок тянет за нос античного героя, а вы сами решили вытереть руки о Ван-Гога. У Церберов - злые перекошенные лица. Они затыкают тех, кто радостно рассуждает о художниках и об оформлении залов. Их бесит толпа экскурсантов. Особым образом Церберы ненавидят школьников. Опять притащили этих двоечников? Сейчас всё загадят и натопчут. Лозунг Церберши: «Всё ходят и ходят! И чего они всё ходят?!». Тётки этого сорта обожают делать замечания - их искажённые от иррациональной ненависти физиономии на миг озаряются злорадством! Ещё бы - они громко тявкнули на очкастую аспирантку, позволившую себе махать руками возле Сурикова или рядом с комодиком эпохи Ар Нуво.
3. Ну и, наконец, тип третий - Сфинксы. Вот этим вообще всё равно, где торчать. Они неподвижно сидят на своих местах и со вселенским спокойствием сторожат Вечность. Они равнодушны к Рембрандту, их не тревожит Врубель. Перебросят сидеть возле чудовищных концепций какой-нибудь арт-группы «PIZZ_дец» или очередного полу-гения, малюющего в стиле кубический фаллизм, так и что? Будут кемарить и возле этого актуальствующего низкохудожественного merde. Она тут просто сидит. Потому что сидеть с внуками ей в лом, а сидеть с другими бабками на лавке не дозволяет совесть - она же советский человек, тридцать лет протрубила начальником смены на Центральном Телеграфе. Это, признаться, лучшие из музейных тёток - они кидаются в бой только тогда, когда на пол начинают лететь обёртки от жвачек, а восторженная искусствоведша так увлеклась, что полезла обниматься с Аполлоном...
Зина Корзина (с)
https://zina-korzina.livejournal.com/693815.html