Издавна домашние бани на Руси, как правило, входили в состав жилого комплекса. Их ставили по берегам рек или озер, а то и во дворе, поблизости от колодцев. В парной бане не только мылись, но и лечились от разных болезней (по пословице: «Баня парит, баня правит, баня все исправит»). В ней совершали некоторые обряды, например, в бане накануне венчания происходило обрядовое купанье невесты — под грустные песни подруг и причитания.
В баню, как и в овин, приходили гадать девушки, желавшие узнать свою судьбу. Из-под девяти заборных столбов они брали землю и бросали ее на каменку, приговаривая: «Байни- чек девятиугольничек! Скажи, за кем мне быть замужем». В ответ банник должен был погладить спрашивавшую. Был и другой вид гаданья: девушки ночью голыми выскакивали из бани и бросались в снег, а наутро, рассматривая отпечатки, гадали об их значении.
Все эти и другие действия не были случайными. У русских с древних времен существовал культ бани. Он поддерживался верой в ее очистительную и целебную силу. Баня была источником удовольствия для людей, хорошо потрудившихся в течение недели. Но частью культа был и страх перед баней: как это ни странно, ее считали местом «нечистым», «поганым», опасным, в ней таилась беда, от которой следовало беречься. В народной песне об этом так сказано:
На болоте баня рублена,
По сырому бору катана,
На лютых зверях вожена,
На проклятом месте ставлена.
Эти темные, таинственные, даже враждебные человеку свойства бани, ее «нечистота» воплощены в народных представлениях о нечистом духе — баннике (у белорусов — лазнике). Считалось, что банник постоянно живет в нетопленой бане, за каменкой или под полом, а когда баню топят, где-то укрывается.
О внешности его известно мало: это нагой старик, немытое тело его покрыто налипшими листьями от березовых веников. Он всегда готов навредить пришедшим людям; рассердившись (например, если моющиеся громко говорили в бане или стучали тазами), он, невидимый, бросался горячими камнями, плескал кипятком.
Считалось, что семья могла без опаски пользоваться баней только в три очереди, после третьей («третьего пара») шел мыться сам банник, причем собирал также леших, овинников и прочую нечисть. Если человек попадал на четвертый пар — живым ему было не уйти.
Чтобы задобрить банника, ему приносили хлеб с солью, оставляли для него воду в кадках, дарили (жертвовали) черную курицу. По выходе из бани говорили: «Спасибо те, байнушко, на парной байночке».