Жизнь как она есть

Дима сидел у окна в полутемной гостиной, обхватив чашку с давно остывшим чаем. За окном было точно так темно, как и на его душе сейчас. Люся, уложив Анечку, наверное, тоже не могла уснуть. Из ее комнаты доносилось тихое шуршание. Она, видимо, пыталась что-то почитать, или просто перебирала вещи, пытаясь занять руки и отвлечься. После неприятной и очень волнительной встречи как-то в одно мгновенье стерлась память о шикарном отдыхе в Италии. Диме тоже мысли не давали покоя. Они крутились и крутились в его голове по кругу, как скрипучая заезженная пластинка...

Самолет плавно набирал высоту, стремительно оставляя под собой лазурное море и золотистые берега Сицилии. Анечка, прижавшись носом к иллюминатору, махала рукой невидимому городу: - Пока, Таорминочка, но...

Дима проснулся от нежного прикосновения солнечных лучей к лицу. За окном пели птицы, а с моря доносился легкий шум волн. Он осторожно встал, чтобы не разбудить Люсю и Анечку, и вышел на террасу. Внизу, в саду, цвели розы и жасминовые кусты, воздух был пропитан их ароматом. Дима глубоко вдохнул и улыбнулся: день обещал быть чудесным. Легкий ветерок шевелил листья оливковых деревьев, а вдалеке слышался звон колоколов из церкви Святого Иосифа. Люся проснулась через полчаса и вышла к нему. Ее волосы...

В этот день Дима проснулся раньше всех. В комнате царил мягкий утренний свет, пробивавшийся сквозь легкие шторы. Он спустил ноги с кровати. Нашарил тапки. Обулся и встал. Затем, стараясь не разбудить Люсю, вошел к ее комнату. Она мирно спала, слегка приоткрыв губы. Ее волосы разметались по подушке, а ресницы чуть подрагивали. Наверное, ей снилось что-то приятное. Дима замер на мгновение, любуясь безмятежным лицом любимой. Он тихо прошел в гостиную, достал заранее подготовленный чемодан и начал складывать вещи...

Дима стоял, опершись о дверной косяк, и любовался стройной фигуркой Люси. Она ловко расставляла тарелки на столе. Ее движения были плавными и точными. Собственно, как и всегда, когда она занималась домашними делами. А делала это умело и с удовольствием, как будто она вкусными блюдами что-то пыталась погасить в себе нехорошее. Анечка бегала у нее под ногами, и, то хватала салфетку, то пыталась поставить стакан не туда, где нужно, то звонко смеялась, когда Люся делала вид, что ловит ее. В эти мгновения дом наполнялся теплом и жизнью...

Дима отчасти пожалел, что предложил Люсе поездку в Италию. Придется пропустить несколько важных встреч... Но потом, пожелав жене спокойной ночи и поцеловав на ночь Анечку, передумал. Что-то же должно хорошего случиться в их такой пустой жизни... Вечером Дима ворочался с боку на бок, сбивая простыню в плотный ком. Кровать казалась слишком большой и холодной. Он по-прежнему спал один уже который год, ведь они с Люсей расписались только с той целью, чтобы опека им Анечку вернула. Духота давила на грудь, словно тяжелое влажное одеяло...

Тихое утро в квартире. Солнечные полосы ложатся на пол, в воздухе пахнет свежесваренным кофе, из детской доносятся приглушенные звуки. Анюта уже проснулась. Дима сидит за столом, медленно пьет кофе, рассеянно рассматривая свои руки. Замечает, что ногти снова обкусаны. Старая привычка из детства, когда волновался. В памяти всплывает картина: они втроем - он, Лёня и Артем. Сидят на старой кухне у Лёни. Пьют чай и смеются над нелепыми рифмами, которые придумывали на ходу. Мимо проходит Люся. Легкое прикосновение к плечу заставляет его поднять глаза...

В квартире стояла глубокая тишина. Только тиканье старинных часов да редкое шуршание клавиш. Дима сидел на кухне за компьютером, ссутулившись. В свете экрана его лицо то озарялось бледным сиянием, то снова погружалось в полумрак. Отныне он работал ночами, когда Люся и Анечка спали, будто совершал что-то запретное. Очень, как вор, крадущий чужое время, торопился. Очень осторожничал, боясь, чтобы Люся не вошла, ведь она не поймет, что он хочет добра, а подумает, что он решил плагиатом заняться, публикуя роман друга под своим именем...

Быт новой семьи был наполнен мелкими, но важными моментами. Каждое утро начиналось с новых открытий. Вот Анечка учится ходить, сначала держась за диван, потом за руку Люси, потом - за ручку игрушечной тележки. Ее смех, когда она делала первый самостоятельный шаг, был лучшей наградой за все бессонные ночи. Дима снимал на телефон эти моменты, чтобы сохранить их навсегда. А вот Анечка впервые ухватила ложку и, пытаясь есть сама, размазала кашу по подбородку. Вот она произнесла первое осознанное «мама», и Люся замерла, боясь поверить, что это правда...

Люся, конечно же, помнила, как Дима ей несколько раз делал предложение. И о том помнила, что чувствовала при этом. Лёни нет. Судя по всему, его не найдут. Но она не хотела в это верить, даже несмотря на то, что полицейский, который принимал их тогда, снова отводил в сторону глаза. Правда, обстоятельства изменились. - Люсь, ну, что… мужик сказал – мужик сделал, - Дима опустился на одно колено и выпростал из пакетика кольцо. - Выходи за меня, как и обещала. Но, повторюсь, ты не подумай чего-то. Это...