Юля С.

— Я мать, я имею право отдыхать в тишине! Виолетта сбросила детские куртки на обувницу. — У меня вообще-то тоже выходные, — она стряхнула воду с зонта прямо на коврик. Капитолина молча подняла куртки. Порог скрипнул под ногой переминающегося Елисея. Младший, Прохор, уже тянул руки к коту, который благоразумно прятался за вешалкой. — Вита, мы же не договаривались на эти выходные. Капитолина повесила вещи на крючок. Она старалась говорить ровно, хотя внутри уже поднималось глухое раздражение. — И что? Дочь уперла руки в бока...

Замена замка помогла выселить наглую свекровь с ее баулами — Я тут с краешку, золотце, всего три денечка перекантуюсь! Анфиса молча вросла в пол собственной прихожей. Бронислава Игнатьевна деловито втискивала в узкий коридор огромную клетчатую сумку челнока. За ней на лестничной площадке высилась целая пирамида из картонных коробок, туго перевязанных шпагатом. — Три дня? Анфиса перевела тяжелый взгляд на мужа. Прохор старательно изучал мыски своих ботинок. Брать у матери тяжелые баулы он явно не спешил...

— Да ты в своем уме? Оно же как крыло от самолета стоит! Таня замахала руками, чуть не выплеснув остатки кофе из чашки. — Я этот бренд видела в центре. Там на витринах ценники с пятью нулями, Вита! Вита стояла перед высоким трельяжем в спальне. Изумрудный шёлк струился по фигуре, мягко облегая талию. Ткань казалась живой, переливаясь под светом люстры. Она чуть повернулась, проверяя, как ложатся складки на спине. — Накопила. Коротко отозвалась Вита. — Кредит взяла? Таня поставила чашку на комод и подошла ближе...

— Моя мать живёт на одну пенсию, имей совесть! — гаркнул Прохор. Анфиса замерла у раковины. — Не кричи, — сухо процедила она. — А ты не выводи меня с утра пораньше! Муж недовольно скривился и бросил ложку на стол. — Я тебя вывожу? — переспросила Анфиса. — Да! Пожалела матери две тысячи на аптеку? — Я не пожалела, Прохор. У меня их нет. Анфиса сполоснула пальцы под струёй воды. — Ага, рассказывай сказки, — хмыкнул муж. — Мы вчера оплатили счета за квартиру. Я отдала последние наличные. — А на карточке? — не унимался Прохор...

— Тут дел-то на пару месяцев, если каждые выходные впахивать. Общая тетрадь с криво нарисованными планами шлёпнулась на обеденный стол. — Мам, ну какие каждые выходные? Олеся тоскливо посмотрела на исчёрканные листы. Клетки в тетради пестрели жирными синими стрелочками и непонятными квадратами. — Матвей и так всю весну тебе с фундаментом помогал. — И что с того? Серафима Сергеевна поправила сползший платок. — Молодой мужик. Не развалится. Она по-хозяйски отодвинула чашку с недопитым компотом. — Я вас деньгами скидываться не просила? Не просила...