Я САМА...

Утро. Я просыпаюсь, ещё ничего не понимая спросонья, иду на кухню, бросаю взгляд в зеркало… И замираю. Из зеркала на меня смотрит жаба. Знакомо? Для многих это просто смешное сравнение. Для меня — диагноз, имя которому блефарит...

Вредные привычки. Как много в этом словосочетании осуждения, как мало — понимания. Мы привыкли делить мир на чёрное и белое: курить — плохо, пить — ещё хуже, а жить с хроническим заболеванием — это, извините, крест, который нужно нести с постным лицом...

Цифра 90. Я смотрю на бланк анализов и вижу эту цифру, обведённую красной ручкой. Норма для женщины — не ниже 120. У меня — 90. Три четверти от того, что нужно для нормальной жизни. Я не паникую. Я слишком много раз видела такие бланки, чтобы паниковать...

Честный разговор о страхах, которые мы носим в себе, и о том, как один обнадёживающий взгляд может дать силы на целый день Дорогие мои. Сегодня я хочу поговорить о том, о чём мы редко просим вслух, но чего жаждет каждый из нас, живущих с хроническим заболеванием...

Утром как всегда я встала в 4:20. Ровно затем, чтобы подготовить завтрак Виктору, собрать ему еду с собой — наш фирменный «тормозок». Этот час до его пробуждения — моё время, моя тишина, моя маленькая власть над новым днём...

Дорогие мои, те, кто зашёл за вторую дверь — в «Комнату за печкой». Я пишу для вас уже несколько месяцев. И мне очень важно, чтобы то, что я делаю, попадало именно в ваши боли, ваши вопросы, ваши интересы...

Когда мне поставили диагноз «рассеянный склероз», я не спрашивала «за что?». Я была юристом, я привыкла к фактам. Есть болезнь — есть лечение. Но когда болезнь не отступила, когда добавилась онкология, когда ноги забыли, как ходить, — вопрос изменился...

Дорогие мои. У меня есть веранда. Большая, светлая, с окнами на запад. Летом там цветут петунии — тёмно-бордовые, почти чёрные. А зимой я превращаю эту веранду в тренажёрный зал. Беговая дорожка, велотренажёр, коврик для йоги...

Дорогие мои. Вы замечали, как ум, словно заевшая пластинка, снова и снова проигрывает самый страшный сценарий? Не завтра, не через год — прямо сейчас, среди ночи, среди белого дня. Вот этот эпизод: ты уже не ходишь совсем, лежишь, не можешь говорить, муж отводит глаза, дочери приходят с жалостью...

Виктор Франкл учил: человек способен вынести любое «как», если знает «зачем». Но что делать, если это «как» ежедневно бросает вызов самой вашей телесности? Рассеянный склероз — не просто обстоятельство, которое можно перетерпеть...

Дорогие мои. «Как дела?» — этот вопрос врывается в нашу жизнь по нескольку раз на дню. В мессенджере, в магазине, в очереди к врачу, от мужа с утра, от дочери вечером. Раньше я отвечала автоматически: «Нормально», «Ничего страшного», «Всё хорошо»...

Дорогие мои. Сегодня хочу поговорить вот о чем: Это случилось не сразу. Сначала кончики пальцев перестали различать шелк и наждачную бумагу. Потом исчезло тепло кружки с утренним кофе — щепотка соли и корица остались, а жар ушёл...