Писатель Владарг Дельсат

Но для севастопольцев это не только годовщина Победы, но и освобождения города. Ровно за год до Победы стал свободным Севастополь. Конечно, юные защитники идут парадом. Ведь за то, что делают они им благодарны многие. Особенно дети, которые после фильма Юлькиного внезапно родителей обрели, почитай закрыть пришлось детский дом. Это ли не победа? "А уже становятся линейные, и оркестр играет марш на мелодию «Заветного камня», мы с Сережей впереди, за нами знаменосцы. Колышется наше знамя, уверенно...

С праздником вас, читающие, пишущие, ищущие и пинающие. С праздником всех авторов, бет, редакторов, корректоров, иллюстраторов, верстальщиков, дизайнеров, без которых книга не появится на свет. С праздником читателей, без которых нет смысла в появлении на свет книги...

А у защитников из Севастополя премьера. Но так уж выходит, что темы у фильмов юных защитников всегда очень серьезные и потому премьера всесоюзная. Со сцены самого большого кинотеатра Севастополя смотрит комиссар юных защитников, готовясь ошарашить севастопольцев, потому что в первую очередь она комиссар. Не зря так ее должность называется, очень не зря. "— Здравствуйте, товарищи, — произношу я будто обращаюсь к ребятам в сорок третьем. — Тринадцать лет назад стал свободным Севастополь, а двенадцать — мы победили фашистскую нечисть...

Сидящая на корточках девочка дрожит так, что заметно издали, а еще глаза у нее зажмурены. И, конечно, Юлька в первую очередь о сне думает, потому подходит, присаживается и разговорить пытается. на ней бескозырка, знак юных защитников со звездой, и убеждает она девочку, что наша она, своя. Только вот дело, наверное, не во сне, потому что не представляет себе Юлька, как родители могут на такое поведение не отреагировать. "Глаза приоткрываются, а я позволяю себя рассмотреть, особенно бескозырку, а потом мягко обнимаю Василису, вздрогнувшую от прикосновения...

Тут действительно важно, ведь фильмы в то время привычно-лубочными были, а у юных защитников — правда показывается. Они показывают таким же, как они, детям, что война игрушкой не была, а еще каждый раз темы очень серьезные поднимаются. А киностудия у нас в Ялте. Туда можно и на троллейбусе доехать, но за ними прямо после школы посылают машину. Ну а Сережа думает еще теми категориями, военными... "Он залезает в свой портфель, показывая мне, что все такой же предусмотрительный, а я вот не подумала...

свои коррективы в то, как пройдет линейка первого сентября. Ну и товарищ адмирал решил и поддержку показать, и удивить еще. Ну а что, он не человек что ли? Для наших героев это естественно, а вот для учителей... "— Товарищ адмирал! — строевым шагом подойдя к самому старшему тут начальнику, я доклад начинаю. — В добрый путь, — негромко желает заместитель командующего флотом. — Справитесь? — Обязаны, — коротко отвечает Сережа, и мы делаем поворот «все вдруг», шагнув так, чтобы оказаться перед «феодальной раздробленностью»...

ну изначально не хочет, но тут ей объясняют, почему оно надо. Слово "надо" очень многое для Юльки нашей значит, поэтому она соглашается, хоть и не сразу. Но встреча с режиссером происходит совсем не так, как это обычно бывает и вовсе не так, как себе командование флота представляет. Так бывало: люди после войны получали мирные специальности, а бывало, что что актерами кино становились, а бывало, что и режиссерами. А некоторые так и сценаристами. "Но вот тут передо мной встает, причем смирно встает, хоть и в гражданском, товарищ старшина Пятков...

И в кошмарах своих зовет она его просто отчаянно, надеясь на то, что он притянется. Ведь он был с ней на дорогах войны и потому тяжело ей очень без нее. В двенадцать лет так чувствовать не ко времени, но... Какая разница, как это называть, правда? Дружба, симпатия... столько слов придумано только для того, чтобы описать желание быть рядом. Что там в будущем будет, кто знает, важно же совсем другое — рядом быть. И вот, будто в ответ на тоску Юлькину, сон ей снится сказочный просто. Будто во сне уговаривается она со своим Сергеем встретиться, вот прямо у дома, посреди улицы...

И одевают нашу Юльку привычно для нее, и собирают курсантов, да и офицеров. Проблема же не только в том, что не видела она Победы — ее на войне не отогрели. Застывшая она внутри, потому как одной задачей жила — папу спасти. И вот он жив, а она... А она там осталась. Где бомбы, снаряды, где горит в севастопольском небе ласточка небесная и Юлька сыой город освобождает. Именно поэтому, заглянув ей в глаза, очень активными морские начальники становятся. "Тем временем вызывают папу из училища, и еще офицеров от морской пехоты...

И не подумала она, и папа у нее сразу же не понял. Мама-то как раз поняла, но решила дать время дочке, потому что кто знает, что с ней случилось? А у дочки кошмары. То Сережу она зовет отчаянно, то папу не успевает оттащить от двери, то вдруг глаза маленькой Юльки... Всю ночь кошмары у Юльки нашей, потому что память детский мозг принять может, а вот перенести... И кричит она отчаянно, маме спать не давая. "Папа вечером сердитый был, так что я заробела даже, все же капитан второго ранга — это подполковник, и раз сердитый, то не надо...

После рассказа о том, что же такое коридор миров, у Юльки есть возможность выбрать. Она может пройти по мирам, вот только... надо ли ей это? А тем временем она узнает, и что случилось, и какие есть варианты. Она смотрит фильмы — и ленинградские, и юных защитников, она гуляет по Севастополю и задает вопрос, понятно какой. "— Ты спасла жизнь своих родителей, создав этим мир, где у маленькой Юльки есть мама и папа, — вздыхает мама. — Можно было бы тебя туда, но будет ли это правильно? — Нет, мама, я же подменю Юльку собой, так неправильно, — качаю я головой...

Все-все наша героиня сделать, только бы папа выжил. Потому после отдыха занимается она подготовкой своего подразделения, заново учит, подсказывает, распределяет роли. Впереди Юльку ждет родной город, ее Севастополь ждет и она, среди первых освобождает его. Кажется, еще совсем чуть и... "— Вперед! За Сталина! — я кричу все те слова, которым научилась за прошедшее время. — И чтобы… — Братцы! За флот! — мощный выкрик, сдобренный порцией военно-морского образного языка, раздается совсем недалеко. ...