СЕЗОН ДОЖДЕЙ. Александр В. Великанов

Горы показались на рассвете — сначала белые вершины над горизонтом, едва отличимые от облаков. Потом проступили серые склоны, тёмные ущелья, и скоро хребет стоял во всю ширь — громадный и спокойный. Мэнду остановил коня...

Долина гудела под копытами тангутских коней. Их всадники, закованные в тяжёлые доспехи, называли себя «стальными ястребами» — это имя было известно от Великой Степи до берегов Янцзы. Скача в бой, ястреб держал длинное копьё, закреплённое ремнём через плечо...

На Пржевальского было страшно смотреть. За много месяцев экспедиции Пётр видел учителя в самых разных условиях — усталым, замерзшим, голодным, рискующим жизнью в схватках с разбойниками. Но таким, как сейчас… Он сидит у тлеющего костра, смотрит в землю...

(Это продолжение, начало тут.) Сёмура Такео шагал в утренних сумерках к зданию штаба. В случае боевой тревоги туда обязаны явится все командиры звеньев, чтобы прослушать обстановку и получить боевые задания. Как положено потомственному воину, страха Такео не испытывал, даже наоборот — сигнал тревоги очень кстати, никто не побеспокоит последние минуты отца… И самому теперь есть чем занять ум и сердце. Отлично. Хотелось думать о чем угодно, только не об этой последней встрече… Холодный ветер разбивал тяжелые капли об кожаную летную куртку...