Никита Третьяков

Ровно 4 года назад, примерно в это время, поздней ночью, мы, очередная группа мобилизованных, прибыли из сборного пункта военкомата в военную часть на автобусе, стали спешно получать форму, расселяться в казарму. Несколько человек из того автобуса всё еще живы и даже относительно здоровы, мы общаемся до сих пор. О чем мы думали тогда? Наверное, обо всем сразу. И о том, поступаем ли мы правильно, и о том, что нас ждет, и о том, сколько это продлится и как скоро мы сможем вернуться к прежней жизни. Жизнь и смерть всё расставили по своим местам. Правильный ли это был поступок? Повезло тем, кто сумел сохранить в себе эту правду, кого в трудную минуту поддержали родные или друзья. Кого за минувшие годы не начали винить в корысти или предательстве семьи, вокруг кого не перессорились из-за денег, детей, банального отсутствия. Повезло немногим. Что нас ждало? Каждого ждал свой собственный филиал ада, страха, боли, скорби и горечи, тупого бессилия перед абсолютной несвободой, с которым всегда встречаешься один на один, даже если окружен людьми, которые испытывают то же самое. Сколько это продлилось? Пока мы этого так и не узнали. Уверен, даже те из нас, кто уже давно не воюют, потому что не могут, знают и помнят, что наш путь еще не окончен. Как скоро мы сможем вернуться к прежней жизни? Решительно никогда. Никто не вернется к тому, что было. Спустя 4 года старой жизни просто нет. Нет тех нас. Разрушены браки, пропущены годы жизни детей, похороны родителей, не сказаны самые важные слова близким и любимым. Жизнь на такой войне, как наша, — это всего лишь замедленная смерть, даже если иногда может показаться иначе. Весь вопрос в том, закончится ли война раньше, чем эта потенциальная смерть перейдет в действительную. Каждому отмерен свой срок. Но даже те, кто вернутся живыми, уже никогда не будут прежними. И всё же, сейчас, 4 года спустя, нужно ответить — было ли всё зря? Ответа нет, ведь мы еще не доделали дело. Старания, жертвы, чувства — в зачет на войне не идут, важен только результат. А до Победы или даже победы — еще далеко.

Никто, кроме нас! Десантник сегодня — это не тот, кто совершает прыжки, не тот, кто освоил укладку парашюта и не тот, кто знает, что делать при схождении в небе. Наши белоснежные «купола» остались с нами как символы. Символы доблести, самоотверженности, молодецкой удали и одновременно собранности и профессионализма. И это у нас не отнять. Десантник сегодня — это тот, кто способен выполнять боевую задачу отважно, грамотно, до конца. На пределе возможностей тела и психики и за этими пределами. Десантник сегодня и всегда — это тот, кто идет вперед, несмотря ни на что. Тот, кто готов сражаться даже на коленях, наступать даже лежа. Кто готов вновь и вновь возвращаться в смертный бой ради товарищей, ради любимых, и главное, ради Отечества. С праздником, братцы! Никто, кроме нас! *Для создания картинки использован образ гвардии старшего сержанта Александра «Троянца» Парфирьева, героически погибшего при освобождении Луганской Народной Республики.