Изнанка

Свет — если это вообще можно было назвать светом — начал заполнять фигуру Веры не сразу, а постепенно, будто изнутри неё медленно разгоралась свеча, невидимая прежде под слоями многолетней тьмы и застарелого горя. Истлевшее платье, только что казавшееся лохмотьями, на мгновение будто вспыхнуло прежней, свадебной белизной, а лицо, всё это время остававшееся застывшим и почти неживым, впервые за всю нашу встречу приобрело выражение, отдалённо напоминающее человеческое, — что-то среднее между облегчением и глубокой, невыразимой печалью...

Всё, с чем мы сталкиваемся, подчинено закону причинности, и нет в жизни следствий без причины. Чем больше освобождается от предрассудков человек, тем больше он может знать. Тяжёлый топот сотрясал кабинет для срочных совещаний. Все участники давно покинули свои места, кроме, собственно, инициатора. Генерал-майор Кондрашёв уже, наверное, в сотый раз размеренно обходил весь периметр кабинета, чеканя шаг. Тяжелее этой поступи были лишь мысли, что заняли голову военного. Если верить информации, полученной...