Чай с печенькой🍩. Трогательные истории

Свекровь живёт с нами третий год, и я уже не могу ее терпеть Я сижу на кухне у Аллы и смотрю, как она счастливо улыбается, рассказывая о том, как её мама живёт с ними уже пять лет, и они до сих пор не поссорились ни разу. Она говорит о совместных ужинах, о том, как мама помогает с детьми, как она готовит их любимые пироги по воскресеньям. Она говорит о том, что это счастье — иметь родного человека рядом, который всегда поддержит. Я слушаю её и чувствую, как внутри меня закипает злость. Не на неё...

Я стою у окна в своей пустой квартире и смотрю, как зажигаются огни на проспекте. Шестой этаж, идеальный обзор, идеальный ремонт, который я сделала год назад, когда верила, что мы будем жить здесь вместе. Тогда я выбирала шторы, представляя, как он будет сидеть на этом подоконнике по утрам с чашкой кофе. Сейчас я смотрю на эти шторы, тяжёлый бархат цвета бордо, который мне посоветовала продавщица, и хочу сорвать их к чёртовой матери. На улице суббота, половина восьмого вечера. Люди гуляют, смеются, идут в кино и рестораны...

Я сижу на кухне у Анны и смотрю, как она разливает красное вино по бокалам. За окном уже четвёртый час льёт дождь, и мне кажется, что он никогда не закончится. Как и эти посиделки. Как и моя жизнь с Сергеем. Как и его друзья, которых я ненавижу всей душой, но вынуждена терпеть, потому что они, часть его. Часть, которую я не могу вырезать. Татьяна сидит напротив, сложив руки на груди. Она не пьёт. Она вообще редко пьёт, потому что считает, что алкоголь затуманивает разум, а в нашей компании трезвый ум нужен, чтобы выжить...

Я сижу на кухне у Екатерины и смотрю, как она нервно крутит в руках телефон. Он лежит на столе экраном вверх, и каждые десять минут на нём загорается уведомление. Екатерина даже не смотрит на него, но я вижу, как она напрягается каждый раз, когда экран загорается. Её свекровь, Лидия Семёновна, пишет уже четвёртый час подряд. Екатерина не отвечает, и я знаю почему. Потому что если она ответит, вечер будет испорчен. Если она не ответит, утром будет скандал. Нет выигрышного варианта. Только проигрышные...

Я сижу на кухне у Светланы и смотрю, как она счастливо улыбается, рассказывая, как они с Игорем отметили пятнадцать лет брака. Ей сорок, ему двадцать восемь, когда они поженились. Разница в двенадцать лет. Сейчас им пятьдесят два и сорок, и они всё ещё смотрят друг на друга так, будто встретились вчера. Она говорит о путешествиях, о совместных проектах, о том, как они выросли вместе. Она говорит о том, что возраст — это просто цифры. И я хочу верить ей. Я так хочу верить, что мои пальцы, сжимающие бокал, начинают дрожать...