Жизнь за городом

Это случилось в обычный вторник. Я сидела за ноутбуком, заканчивала правки для клиента — дедлайн через два часа, мысли только о тексте, кофе уже холодный. Нормальное рабочее утро, в общем. Артём зашёл на кухню, погремел чайником, зевнул. Потом остановился у меня за спиной. — Ты уже три часа за этим компьютером, — сказал он. Не спросил — констатировал, с лёгким таким недовольством в голосе. — Работаю, — ответила я, не отрываясь от экрана. — Да ладно. — Он хмыкнул. — Ты же всё равно целыми днями дома за компьютером сидишь...

Студию я продала за четыре миллиона двести тысяч. Это были мои деньги. Не наши, не совместные — мои. Я купила её ещё до Артёма, на деньги, которые три года откладывала с зарплаты дизайнера, отказывая себе в отпусках, нормальных сапогах и походах в рестораны. Артём знал эту историю. Я рассказывала её не раз — и с гордостью, и с лёгкой грустью, как рассказывают про что-то, что далось очень непросто. И вот я стояла у нотариуса, подписывала бумаги, и внутри всё время крутилась одна мысль: я делаю правильно...

Я узнала об этом случайно. Как, в общем-то, узнают о большинстве неприятных вещей в жизни — совершенно не вовремя и совершенно не там, где ждёшь. Сидела в своём салоне, считала выручку за неделю, и телефон пикнул. Уведомление от банка. Я даже не сразу посмотрела — думала, реклама. Потом всё-таки глянула. И несколько секунд просто смотрела в экран, не понимая, что читаю. Списание. Восемьсот сорок тысяч рублей. С нашего общего счёта. Руки сами набрали приложение. Открыла историю операций. Вот они — восемьсот сорок тысяч, ушли сегодня в 14:37...

Золовку зовут Ирина. Ирина Геннадьевна, если по-взрослому. Но по-взрослому с ней не получается уже давно — лет семь, с тех пор, как я вошла в эту семью. Она всегда чуть старше, чуть умнее, чуть лучше осведомлена о том, что нужно моим детям. Я прикусила губу. Молча. Это был день рождения её Даши — пять лет девочке. Мы приехали с подарком. Я выбирала его три вечера подряд, читала отзывы, сравнивала. Набор для рисования — немецкий, с восковыми мелками, красками на водной основе и альбомом плотной бумаги...

Алёнке исполнилось три года в субботу. Мы готовились к этому два месяца — в меру своих сил, конечно, потому что сил было немного. Я работала на полставки из дома, Дима — на полную в офисе, а Алёнка в садик ещё не ходила. Ждали места. Говорили, осенью дадут. А пока — я, ребёнок, кухня и ноутбук одновременно. Про свекровь, Галину Ивановну, скажу сразу: женщина она была не злая. Нет. Просто очень занятая. Настолько занятая, что за три года жизни внучки нашла время на неё от силы раз в месяц, и то ненадолго...