Рваные заметки

Тот год начался с приглашения на вечеринку к слепому отъехавшему новозеландскому музыканту. Он жил на Невском, в студии, среди кабелей, усилителей и полумрака. Вокруг — дешёвая гостишка. Смотрелось безумно. Мне понравилось. Ушла с мыслью, пора поработать в отеле. В ту первую встречу он сказал: — Ты слышишь, как пахнут люди? Страхом и надеждой. Ты коллекционер. Я тоже. Рассмеялась тогда — так пафосно, но так не стандартно. Сейчас понимаю, он видел больше зрячих. Работа в гостиницах никогда не была про гостиницы...

В детстве мечтала стать писателем, актрисой или тюремным психологом. Спасибо «Молчанию ягнят», в семь лет это казалось самой крутой профессией на свете. После восьми лет в театральной студии от любви предсказуемо пришла к ненависти. Буквально. До состояния, когда становилось физически плохо в театре. Я не просто разлюбила сцену, я не могла на неё смотреть. Тогда на смену театру пришли танцполы. Любимым местом встречи с друзьями стали ночные клубы, где вместо аплодисментов и слов, бит басов и никакой фальши...

Сколько себя помню, где-то рядом всегда варился кофе. Есть люди, которые измеряют время праздниками, отношениями или переездами. Я измеряла его запахом молотых зерен. Утро детства пахло кофе. Квартира еще не успела проснуться окончательно, мир существовал где-то между сном и новостями, а кухня уже была наполнена этим запахом, который казался не напитком, а состоянием. Потом были университетские годы и бесконечные ночные смены в гостиницах. Кофе стал не удовольствием, а валютой времени. Ты ему усталость, а он тебе еще несколько часов жизни...

Вернулась из Мурманска. Гуляем с Михаилом по Петербургу. Михаилу девяносто два, он бывший моряк. Двадцать семь лет плавал в Мурманском районе. Всю жизнь ходил по этим водам, знает каждый камень и каждую волну. Я рассказываю ему про Териберку. Про туристов и цены, про распил бизнеса и чёрный кэш. Он молчит, потом обронил: обидно, конечно, что всё, что мы всю жизнь строили, в итоге напрасно. Мне рассказывали про другую Териберку. Про рыбацкие посёлки, которые теперь превратились в серые пятна на карте...