Религия | Почему люди верят?

Представьте, что я сообщаю вам: Бога нет. Его съел кот-богоед. Этот кот невидим, неосязаем, не отражается в зеркалах, не оставляет следов и обитает в недоступном измерении. Опровергните меня. Серьёзно — попробуйте. Любая ваша попытка разобьётся не о силу моего аргумента, а о его конструкцию: я специально построил утверждение так, чтобы оно было неуязвимо для проверки. И именно в этот момент мы оказываемся внутри самого знаменитого мысленного эксперимента философии XX века — чайника Бертрана Рассела...

Если спросить случайного человека на улице: «Кто такие мусульмане?» — в девяти случаях из десяти ответом будут арабы. Мекка, Коран на арабском, бедуины в белых одеждах, нефтяные шейхи Залива. Картинка сложилась намертво. И она, мягко говоря, не соответствует действительности. Менее 15% всех мусульман мира — арабы. Каждый седьмой. Остальные шесть из семи — индонезийцы, пакистанцы, бенгальцы, турки, персы, узбеки, малайцы, нигерийцы, боснийцы, чеченцы. Религию, которую принято считать «арабской», арабы давно не представляют ни численно, ни культурно...

В 1054 году кардинал Гумберт положил на алтарь Святой Софии буллу об отлучении патриарха Михаила Керулария, развернулся и вышел. Тот в ответ предал анафеме самого папу. Так нас учили в школе. На самом деле это была почти бытовая сцена — никто из участников не понимал, что подписывает раскол на тысячу лет. Большинство современников вообще ничего не заметили: продолжали ездить друг к другу, причащаться, венчаться. Раскол случился не в 1054-м. Он случился потом — медленно, в головах богословов, в учебниках семинарий, в спорах о вещах, которые обычному прихожанину кажутся непонятной схоластикой...

Откройте Коран и попробуйте найти аят, прямо запрещающий рисовать человека. Не найдёте. Его там нет. А теперь зайдите в любую саляфитскую мечеть Эр-Рияда — и узнаете, что портрет в кошельке считается грехом, за который спросят в Судный день. Этот зазор между священным текстом и реальной религиозной практикой и есть главный нерв спора, который длится тринадцать столетий. Не богословы его придумали и не художники. Его породила сама конструкция исламского права — и до сих пор не закрыли. Коран молчит...

14 марта 2020 года, когда мир закрывался на карантин из-за коронавируса, в Дели прошла необычная вечеринка. Двести человек собрались за длинными столами, держа в руках глиняные чаши. В чашах была коровья моча. Организатор — Акхил Бхарат Хинду Махасабха — на полном серьёзе объяснял журналистам, что напиток защитит гостей от вируса. Это не средневековая хроника. Это новостная сводка XXI века из страны, которая запускает ракеты на Луну и производит каждую третью таблетку в мире. И за этим парадоксом...