Религия | Почему люди верят?

Представьте: 855 год, Рим, папа Лев IV только что умер. На престол святого Петра восходит новый понтифик — Иоанн Английский. Он правит два года, ведёт мессы, рукополагает епископов, и никто ничего не подозревает. Пока однажды во время процессии по улицам Рима «его» не скручивают роды прямо на мостовой. Толпа в ужасе, ребёнок мёртв, папа-женщина растерзана или изгнана. Отличная история. Проблема одна: её впервые записали через триста с лишним лет после того, как всё это якобы случилось. Историк, услышав такой временной разрыв, обычно закрывает вопрос ещё до обеда...

Короткий ответ: нет. Длинный ответ гораздо интереснее — потому что реальная история Марии Магдалины оказалась куда драматичнее любой конспирологии Дэна Брауна. Церковь действительно скрывала кое-что о ней. Только не брак. Роман «Код да Винчи» вышел в 2003 году и продал больше 80 миллионов копий. Миллионы читателей закрыли книгу с ощущением, что им наконец-то рассказали правду: Иисус был женат на Марии Магдалине, у них был ребёнок, а Ватикан две тысячи лет прятал этот факт под замком. Проблема в том, что вся эта конструкция стоит на трёх опорах...

Человек привык считать, что переход от многобожия к единобожию — это как переход от глиняной лампы к электрической. Было темно и наивно — стало светло и разумно. Один Бог, одна истина, один нравственный закон. Красивая история, только к реальности она имеет отношение весьма приблизительное. Начнём с неудобного факта: монотеизм не победил. Он победил в Европе, на Ближнем Востоке и в Северной Африке — и всё. Индия с её миллиардом жителей поклоняется множеству богов и не собирается отказываться. Китай,...

Если Бог знает всё наперёд — как я могу свободно выбрать? А если могу — значит, Бог не всеведущ? Этот вопрос ломал головы святым, разводил церкви и породил три христианства вместо одного. И самое любопытное: за две тысячи лет никто так и не дал ответа, который устроил бы всех. Большинство читателей уверены, что тут всё просто: католики верят в свободу, протестанты — в предопределение, православные где-то посередине. Реальная картина устроена сложнее и намного интереснее. Потому что главный «защитник предопределения» на самом деле защищал свободу воли...