ПАНФИЛОВ | Фотография и Искусство

Просто четыре фотографии девушки в чёрных лосинах и клетчатой рубашке, которая очень классно позирует в мягком жёлтом кресле. Если понравились поставьте лайк, мне как автору будет приятно =)

Какие любовные переписки вы знаете? Наверное, первая, что всплывает в памяти, это трепетные строки Татьяны Лариной из «Евгения Онегина». Там, где девичье сердце вдруг не выдерживает и выплёскивает чувства на бумагу искренне, немного наивно, но так, что невозможно забыть. И сразу понимаешь: переписка, это всегда не только слова, но и попытка сердца найти свой язык. А что делать, если слов не хватает? Иногда их заменяет музыка. Вспомните чувственное «Адажио» из балета Хачатуряна «Спартак»: две души...

Просто три картинки девушки на мотоцикле. Ничего сложного, никакой громоздкой машинерии. Студия, боковой свет. Чтобы добавить драматизма, я поставил свет за старым окном, разделяющим студию на две части. И вот тут началось самое интересное. Свет шел не напрямую, а пробивался сквозь мутное, местами поцарапанное стекло, покрытое слоями времени. Пыль, разводы, следы чьих-то пальцев — всё это сработало как уникальный фильтр. Свет ложился на модель мягко, но с характером. Именно эти помехи сделали картинку живой, объемной...

Я люблю в фотографии искажения, нарушения пропорций, гротескные движения и совсем не боюсь, что кадр получится размытым или смазанным. Более того, иногда кажется, что если кадр слишком аккуратный, значит, что-то пошло не так. Этот снимок мы делали спонтанно и быстро. Прыгали на самом краю тротуара, выжидая моменты, когда поток машин становился меньше и город на секунду давал передышку в своей спешке. Со стороны это, наверное, выглядело забавно: девушка скачет у проезжей части, а я сижу прямо на земле,...

6 февраля неофициальный, но очень симпатичный праздник: День ступенек и лестниц. Потому что, это отличный повод вспомнить художника, у которого с лестницами были особенно… заковыристые отношения. Мауриц Корнелис Эшер не просто рисовал ступени, он превращал их в головоломки, где законы гравитации и здравого смысла вежливо выходят в окно. Ведь после столкновением с его творчеством, поднимаясь или спускаясь по самой обычной лестнице, можно на секунду остановиться и подумать, а вы точно уверены, куда она ведёт? У Эшера лестницы ведут вверх, вниз, вбок, по кругу и, чаще всего, в никуда...

У каждой фотографии есть свой пульс. Для меня этот снимок стал не просто игрой света и тени, а застывшей хроникой того, чего больше нет. В 2024 году Москва лишилась очередного фрагмента своей души, а я, сам того не зная, успел запечатлеть его. Это здание у входа в ЦПКиО им. Горького не было просто административной постройкой для Дирекции парка. Оно было с невероятной судьбой. Его история началась еще в конце XIX века, как судоремонтный цех братьев Бромлей. В 1923 году великие Алексей Щусев и Андрей Снигарёв превратили его в Кустарный павильон Всероссийской выставки...

Удивительно, как кудряшки преображают человека. Всего лишь завивка и уже можно услышать: «Я вас не узнаю в гриме». И ведь дело вовсе не только в причёске. Вместе с этими завитками меняется что-то гораздо глубже: взгляд становится другим, появляется новая интонация, слегка меняется осанка. Человек словно примеряет на себя новую роль, сначала играючи, с улыбкой, а потом всё увереннее. Кудри будто добавляют объёма не только волосам. Там, где раньше была сдержанность, появляется лёгкая дерзость. Там, где привычная строгость, – неожиданная мягкость или, наоборот, кокетство...

Представьте: вы живёте в маленьком городке, где каждый житель ваш знакомый. Но в один прекрасный день вы замечаете, что мир вокруг «сломался». Друзья ведут себя странно, их лица и эмоции становятся пустыми. А потом вы находите своего двойника в подвале и понимаете: нас заменяют. Копии выращиваются в гигантских стручках, чтобы вытеснить человечество. Началось холодное, бездушное вторжение, которое невозможно остановить. Это синопсис классического ужастика «Вторжения похитителей тел» 1956 года. Фильм...

Продолжении предыдущего поста. Идея посмотреть, как нейросеть восстановит те смазанные кадры, меня не отпускала. И я "экспериметнул". Нейросеть пыталась угадать, что скрывалось под дождевой вуалью и расфокусом. И там, где когда-то сдался объектив, стали проступать линии. Лица, прежде существовавшие лишь намёком, вернули себе черты; волосы из туманного пятна снова обрели объём, движение, жизнь. Серые кадры задышали, стали насыщенными и внятными. Забавно, как на одной из фотографий нейросеть пошла...

Дождливая погода в парке, это не помеха, а готовые декорации. Весь мир будто отражается в огромных лужах на асфальте. Перевёрнутые деревья, смутные силуэты прохожих и яркие пятна каруселей, всё плывёт и колышется, как в акварели, размытой водой. Если в голливудских фильмах асфальт специально поливают из шлангов ради картинки, то осенью эта магия случается сама собой, бесплатно и щедро. Мы гуляли и ловили кадры, снимая и на цифру для верности, и на плёнку для души. Вот только одна беда. На старенькой «Смене-8М» сломался объектив...

Главная головоломка вечерних съёмок – это битва со временем. Только начнёшь выстраивать кадр, только поймаешь удачный ракурс, а солнечные лучи уже утекает за горизонт. Глазом не успеешь моргнуть, как камера начинает намекать: ей уже мало света, ISO взлетает до небес, а выдержка растягивается, превращая мир в сумрачное, зыбкое марево. И вот уже вместо чётких объектов, одни смазанные тени... Но в этом и есть своя прелесть и азарт. Хорошо, что в центре города целый калейдоскоп искусственных солнц:...

Обсуждая будущую съёмку, модель сказала: хочу чёрно-белые портреты в стиле Мэрилин Монро. Возможно, посмотрев на фотографии, вы вспомните ту самую фотосессию для Vogue, где актриса в чёрном платье, резко контрастирующем с её белокурыми волосами, ослепительно на белом фоне. Та самая серия Берта Штерна, известная, знаковая, ставшая для неё последней. Но я не люблю дословное цитирование изображений. Хотя, чего уж скрывать, бывало и руки «завязывал узлом», как на одной знаменитой картине, и ставил модель с листом у окна, как у другого гения...