Лидия Платова

Глава 14 В квартире по-прежнему стоял уже привычный зловонный аромат, проникающий в каждую щель и заполоняющий собой пространство. Лиза сквозь облако гнилостного запаха казалась практически невидимой — он стал для неё таким же привычным, как и собственное отражение. Даже запах жжёных трав выветрился, уступив место этому удушающему невидимому облаку, которое, как тень, окутывало все вокруг. Раздевшись прямо в коридоре, она сняла с себя последние элементы нормальной жизни, оставив лишь нижнее белье, словно это была её последняя защита от мира...

Глава 10 Лиза, словно рыба – открывала рот, но звуки упорно отказывались проходить сквозь скованное спазмом горло. — Вот и все, - метались мысли в голове, - сейчас меня убьют. Прощай, добрая, милая Лизочка. Прощай любимая мамочка, прощай Багира, прощайте подруги. Хотя, им, наверное, будет плевать на нее. Интересно, придут ли они вообще на ее похороны? А Багирочка? Надеюсь, мама ее заберет к себе и позаботится. Бедная мамочка… В эту секунду тень оторвалась от стены и неспешно направилась к Лизе. Рефлекторно Лиза отодвинулась назад, упершись в спинку кровати...

Глава 5 Лиза стояла у окна, наблюдая за дождем, рисующим на стекле причудливые узоры. Через шум капель, стучащих по подоконнику, до неё доносились запахи сырой земли и уставших деревьев. Она любила такую погоду - размеренно, спокойно, монотонно. Ее успокаивал стук капель дождя, в нем Лиза находила особое очарование. Он навевал ощущение остановившегося времени и умиротворения. Монотонный стук капель был похож на ласковую колыбельную, которая обволакивала теплою волной спокойствия, убаюкивая ненавязчивой ритмикой...

Пролог Луна, болезненным, иссохшим оком сквозь тучи смотрела на мир, заливая его мертвым светом. Ночь казалась бездонной пропастью, затягивающей все живое в свои холодные объятия. Лиза шла по тропинке, покрытой влажными листьями и острыми осколками разбитых оград. Вся земля под ногами сыпалась в выемки, как память о тех, кто умер здесь - забытых или погибших безмолвно, без покаяния. Каждый шаг был шагом в пропасть: тёмные корни прогрызали землю, вытягивая свои багровые пальцы к её ногам, словно пытаясь удержать в бездне забвения...

17 декабря. - ВЕРТЯК! Хриплый крик вырвался из перехваченного страхом горла, будто сама паника, копившаяся внутри, рванулась наружу. Воронцов мчался, спотыкаясь о собственный страх, по змеящейся тропке, едва проступившей сквозь снежную пелену. Ночь намертво сковала рыхлые сугробы ледяной коркой, и каждый его шаг превращался в отчаянную борьбу — валенки предательски скользили, ноги подкашивались, а земля, казалось, нарочно выскальзывала из-под ступней. Сердце колотилось так, что вот-вот разорвёт грудную клетку...