Осторожно, ДЕД!

Плотная глянцевая бумага с оглушительным треском разорвалась пополам. Следом громко зашипела пневматика, и немецкий печатный комплекс размером с небольшой двухэтажный дом замер. Воздух в просторном ангаре моментально пропитался густым запахом разогретого машинного масла, растворителя и свежей типографской краски. Двадцать тонн заказанного глянца для главного федерального журнала оказались под угрозой срыва. На часах было половина второго ночи. Если до утра тираж не упакуют и не отправят в логистический центр, типография получит колоссальные штрафы...

Ледяное мокрое месиво мгновенно залилось за низкий край демисезонных ботинок. Я не удержала равновесие на разъезженной колее и оперлась рукой о мокрое крыло машины. Денис, мой зять, даже не вышел из-за руля. Он смотрел в зеркало заднего вида, нервно постукивая пальцами по рулю. Зять сидел какой-то каменный, словно и не родной человек. Тонированное стекло со стороны пассажирского сиденья поползло вниз. Оттуда потянуло жаром печки и сладковатым ароматом дорогого парфюма. Кристина сидела вполоборота, лениво пролистывая ленту в телефоне...

Эдуард стоял у хлипкой деревянной калитки, брезгливо отряхивая полы кашемирового пальто от мелких брызг. Он смотрел на бывшую жену сверху вниз, привычно вздернув подбородок. — Какая поразительная ирония, — протянул он, направляясь к крыльцу, стараясь ступать мимо луж. — Наконец-то ты на своем месте. Среди этих гнилых досок и сырости. Подписывай бумаги на продажу участка, Ярослава. Глафира старая, ей уже без разницы, где доживать, а тебе я накину сверху на билет в плацкарт до твоего Рудного. Ярослава медленно опустила таз с мокрыми вещами на ступени...

Антонина Васильевна с силой нажала на рычаг отжима. Лишняя вода с тихим журчанием стекла в желтое пластиковое ведро. На третьем этаже столичной больницы пахло сырым линолеумом и немного корицей — от кофейного аппарата в холле. Она поправила съехавшую на лоб синюю шапочку и привычным движением провела влажной шваброй вдоль плинтуса. За два года работы санитаркой она научилась сливаться со стенами. Никто из блестящего персонала не замечал сутулую пожилую женщину в стоптанных белых сабо. — Вы опять тут со своим инвентарем проход загородили? Антонина Васильевна медленно выпрямилась...

Отвратительный металлический скрежет разорвал привычную тишину элитного сервисного центра. Звук был такой, словно в работающую бетономешалку бросили горсть ржавых гвоздей. Массивный экспедиционный внедорожник, собранный по индивидуальному заказу, затрясся на полированной плитке. Девятнадцатилетний Илья вжался в водительское кресло и быстро нажал кнопку отключения зажигания. Двигатель поперхнулся, дернулся в последний раз и затих. Наступила звенящая пауза, прерываемая только гудением мощной вытяжки...