Осенило - Эфиродинамика

В массовом сознании современная физика часто предстает как монолитное, почти завершенное здание, возведенное на незыблемом фундаменте строгих математических законов. Эта картина подкрепляется впечатляющими технологическими триумфами и громкими открытиями, такими как обнаружение бозона Хиггса. Однако, если присмотреться к архитектуре этого здания изнутри, открывается совершенно иная картина. Мы видим не изящный храм единой истины, а сложное, эклектичное сооружение, состоящее из множества пристроек, соединенных переходами и опирающихся на разные, порой несовместимые, фундаменты...

Если вы откроете любой учебник по ядерной физике, то с высокой вероятностью наткнётесь на утверждение: «Зарядовый радиус протона составляет примерно 0,84 фемтометра, а квадрат радиуса нейтрона - около –0,12 фм² (отрицательный квадрат радиуса)». Человек с бытовым понятием «радиус» (ну, знаете, половина диаметра круга) испытывает лёгкий когнитивный диссонанс. А зря - потому что здесь начинается одна из самых изящных подмен понятий в современной науке. Всё началось с блестящих экспериментов Роберта Хофштедтера...

Представьте себе задачу: объяснить, почему протоны и нейтроны держатся вместе в атомном ядре, используя только законы движения жидкости. Никакого обмена частицами, никакого "цветового заряда" - просто завихрения, давление, течение. Звучит заманчиво и красиво. Но дьявол, как водится, в деталях. А деталей здесь целых два океана. Большинство людей, слыша слово "гидродинамика", представляют воду в трубе или волны на море. На самом деле это огромный мир с десятками принципиально разных режимов поведения...

С начала XX века физика совершила революционный переход от наглядных механических моделей к абстрактному математическому описанию. Теория относительности и квантовая механика принесли блестящие успехи в предсказательной силе, но заплатили за это онтологической неопределённостью. Мы научились считать, но перестали понимать - "как это устроено на самом деле?". Сегодня этот подход всё чаще демонстрирует признаки кризиса. Термоядерный синтез, обещанный ещё в середине прошлого века, остаётся недостижимым в практическом масштабе...

Иногда создаётся забавное ощущение, что классическая физика и современная теория поля живут в разных психологических вселенных. Возьмём простой, почти “школьный” вопрос: с какой скоростью передаётся взаимодействие? Если мыслить по-человечески, по-механически, в духе старых добрых эфирных представлений, всё выглядит довольно прямо. Есть источник, есть возмущение среды, есть скорость его распространения. И если эта скорость конечна, то воздействие должно быть направлено на прошлое положение источника...

Недавно на канале Veritasium вышел ролик, в котором рассказывается об эффекте Ааронова–Бома - эксперименте, где электроны “чувствуют” влияние области с магнитным полем, даже если проходят там, где поле равно нулю. В конце делается почти мистический вывод: потенциалы влияют “нелокально”, как проявление полей на расстоянии без задержки, без осознаваемого человеком механизма. Звучит красиво. Почти философски. Но возникает естественный вопрос: а действительно ли мы обязаны считать потенциалы абстрактными...

Мы привыкли, что яйцо разбивается, а не собирается обратно. Мы привыкли, что молодость уходит безвозвратно. Мы возвели Второе начало термодинамики в абсолют, назвали его "стрелой времени" и смирились. Но что, если наше смирение - это просто капитуляция перед сложностью? Что, если необратимость - это всего лишь иллюзия, порожденная нашей неспособностью уследить за танцем миллиардов миллиардов частиц? Давайте совершим интеллектуальную провокацию. Давайте допустим, что в основе всего лежит механика...