Мастер на все руки Фомич

Эту историю рассказал мне знакомый. Не сосед, не родственник, а просто мужик, с которым мы иногда пересекались в гаражах. Зовут его дядя Слава. Ему 66 лет. Год назад вышел на пенсию. И за этот год он узнал о себе такое, чего не знал за сорок лет работы. Я сидел у него в гараже в прошлую субботу. Он чинил старый табурет, я просто зашёл за ключом. Слово за слово — и он рассказал. Я слушал и кивал. Потому что это — про всех нас. Про каждого, кто вышел на пенсию и вдруг понял, что остался один. Кем был дядя Слава Дядя Слава — бывший начальник цеха на металлургическом заводе...

Сегодня история, от которой у меня самого внутри всё перевернулось. Я её неделю переваривал. Даже жене не рассказывал — боялся, что неправильно поймёт. Но раз уж мы тут свои, давайте начистоту. Герой этой истории — дядька из моего гаражного кооператива. Зовут его Сергей Иваныч. Ему семьдесят лет. Ровно. Мы с ним в одном ряду гаражи держим, он через два бокса от меня. Я его знаю лет пятнадцать. Всегда был мужик спокойный, хозяйственный, без всяких этих фокусов. А тут такое, что весь кооператив до сих пор гудит...

Здорово, мужики и девчата. Это Фомич. Сегодня история — личная. Не сосед, не знакомый, не очередь в собес. Я сам. И она до сих пор у меня в голове крутится, как заноза. Потому что это не просто вопрос. Это зеркало, в которое я заглянул и самому себе не понравился. Суббота, обед, пироги Началось всё в прошлую субботу. Сын с невесткой привезли внуков — Ваню, ему двенадцать, и Машку, ей восемь. Приезжают раз в месяц примерно. Мы с женой всегда готовимся: пироги, курица, компот. Жена суетится, я за хлебом бегаю...

Здорово, мужики и девчата. Это Фомич. Сегодня история, от которой у меня самого внутри всё перевернулось. И не потому, что она грустная. А потому, что она про свободу. Про такую свободу, о которой многие из нас только шепчутся на кухне, пока внуки спят, а дети не слышат. Рассказал мне её сосед по гаражу, дядь Саша. Он вообще-то ко мне за ключом зашёл, а заодно и историю выложил — про своего старшего брата. Я аж чайник выключил, чтобы не пропустить ни слова. Зовут героя Николай. Но все зовут просто — дед Коля...

Здорово, мужики и девчата. Это Фомич. Сижу я на неделе в очереди в собес, субсидию оформляю. Очередь длинная, скучная, все злые. Впереди меня мужик — седой, плечистый, в старой, но чистой рубашке. Видно, что работяга. Разговорились. И он мне такое выдал, что я сначала не поверил, а потом попросил разрешения записать. Разрешил. Имя изменил, город оставил. Детали как есть. Зовут его Николай Фомич. Тёзка, представляете? Так что сегодня у нас история от Фомича про Фомича. Ему 65 лет. Живёт в Новокузнецке, в Заводском районе...

Историю эту рассказала мне моя дальняя родственница из Челябинска, тётя Вера. Мы с ней встретились на семейном обеде в прошлое воскресенье. Я её не видел года три. И когда увидел — не узнал. Во-первых, она загорелая. В апреле. Во-вторых, похудела лет на пятнадцать. В-третьих, улыбалась. Раньше тётя Вера всегда была какая-то... серая, что ли. Уставшая. А тут — светится вся. Я говорю: «Вер, ты в турцию съездила?» Она говорит: «Нет, Фомич. Я на работу устроилась». Тётя Вера всю жизнь проработала бухгалтером...

Историю эту рассказал мне мой давний товарищ Серёга из Тольятти. Мы с ним в армии служили, до сих пор созваниваемся. И вот звонит он мне в субботу и говорит: «Фомич, ты не поверишь, что моя Ленка устроила». Я приготовился слушать. Серёга у меня мужик спокойный, если он так заводится — значит, действительно прилетело. Серёга работает инженером на АвтоВАЗе. Зарплата — 65 тысяч, в командировки ездит часто. Машина у него — Шкода Октавия 2015 года, серая, в хорошем состоянии. Купил её три года назад за 1 200 000 рублей...

В прошлую субботу сидел я на лавочке у подъезда, газету листал. Подходит соседка снизу, тётя Зина, и говорит: «Фомич, ты юриста не знаешь? Мне по делу о затоплении посоветоваться надо». Я говорю: «Знаю одного. Но он не простой. Он с характером и с историей». И рассказал я ей про Людмилу Петровну из Новокузнецка. Мы с ней в одном поезде как-то ехали, разговорились. Она мне всю жизнь свою и выложила. Людмила Петровна, 58 лет на момент истории, всю жизнь проработала бухгалтером на угольном разрезе в Новокузнецке...

Историю эту мне рассказал мой старый знакомый Васильич из Екатеринбурга. Мы с ним на одной скамейке сиживали, пока он в Москву к сыну не уехал. А потом вернулся — и рассказал. С его разрешения пересказываю вам, потому что ситуация — типичная. И очень показательная. Значит, действующие лица. Галина Петровна, 68 лет. Всю жизнь прожила в Екатеринбурге, в центре, на Уктусе. Квартира — двушка, 52 квадрата, нормальная, крепкая, хрущёвка, но в хорошем состоянии. Ремонт делала пять лет назад, когда ещё силы были...

Вы работаете в горячем цеху? Свариваете трубы в закрытых ёмкостях? Спускаетесь в шахту или чините самолёты? Есть хорошая новость. Закон вас не забыл. Плохая новость — никто не придёт и не напомнит. Пенсию по вредности надо оформлять самому. И готовиться к этому лучше лет за пять до заветной даты. Давайте разбираться, кому положено, сколько надо отработать и какие документы собирать, чтобы не отказали. Система льготных пенсий за вредные условия труда появилась ещё в СССР. Два списка профессий утвердили в 1991 году — это было Постановление Кабинета Министров СССР №10...

«Не мусорить на лестничной клетке!», «Не шуметь после 22:00!», «Не ставить велосипед у батареи!», «Закрывайте за собой дверь!», «Кто бросил окурок у мусоропровода? Я всё вижу!» Знакомые объявления? Написаны от руки, фломастером, кривым почерком. С восклицательными знаками. И приклеены на скотч поверх предыдущих таких же. В каждом подъезде есть такая бабушка. Или дедушка. Иногда — одинокая женщина предпенсионного возраста. У них нет жизни, но есть миссия. Они — хранители порядка, совесть дома, его глаза и уши...

Одолжи тысячу до зарплаты, забыл карту дома. Скинься на обед, потом отдам. Ой, мелочи нет, запиши, я должен. Знакомо? Вы сидите в столовой или обедаете в офисной кухне. Заходит коллега. У него такой жалобный взгляд, как у бездомного щенка под дождём. У него «заблокировали карту», «приложение не работает», «дома забыл кошелёк». Ну как можно отказать? Человек же голодный! Вы даёте. 500 рублей, 1000, 1500. Не жалко же, люди мы свои. Проходит неделя. Коллега спокойно пьёт латте, ест роллы, покупает печеньки в автомате...