«Правда о Гарри Поттера» и другие фанфики

Солнце ныряет в морскую пучину, уступая ночи ее права. Когда же луна, окончив свою вахту, закутывается в сизые облака, ее лучи вновь озаряют дивные, неповторимые пейзажи Карибских островов: белоснежные, точно северные снега, пляжи, бирюзовые заливы с темным кружевом кораллов, поросшие изумрудными лесами горы. Спустя несколько дней «Немая Мария» бросает якорь в порту Санто Доминго, а еще спустя две недели на ее палубе вновь возникает непоколебимый силуэт Хуана Карлоса. Еще неуверенно, он марширует по палубе, и хоть каждый шаг дается ему с трудом, на его рассеченном повязкой лице играет улыбка...

Покинув порт Сантьяго, командор направляет «Немую Марию» по хорошо знакомому, испаханному килем пути. Будь море полем, как временами думает Салазар – и тогда бы здесь, в этом самом месте, пролегала глубокая колея. Странно: последние дни его особенно тяготят те обязанности, что лежат на его плечах вместе с командорскими эполетами. Кроме того, он ощущает в груди знакомую тоску – еще более сильную, чем раньше. Даже ежедневные занятия с Джеком неспособны ее развеять – она требует чего-то большего, чего-то более яркого...

Утром следующего дня Салазар ясно понимает одно: он ничего не имеет против того, чтобы Джек остался на «Немой Марии» навсегда. Бывший пират стал ему приятен – он перестает себе это отрицать. Присутствие Джека внесло в его жизнь что-то новое – что-то, не смогли внести в нее ни капитанская гордость, ни величественные города, ни даже бескрайние морские просторы. Нет ничего проще, чем оставить мальчика на судне – надо лишь включить его в состав команды. Салазар очень сомневался, что матросы откажутся принять Джека к себе – исполненный им цирковой номер стал темой всех последних шуток...

«Немая Мария» уверенно рассекает лазурные волны. Ее светлые паруса расправлены, подобно гигантским крылам, позолоченные украшения и чистая палуба неистово блестят в лучах солнца. Солдаты и офицеры – статные, с прямой осанкой и вымеренным шагом, напоминают ожившие скульптуры. Даже в суете матросов есть что-то торжественное. И все же что-то омрачает эту суровую морскую красоту. Что-то заставляет лица сереть, а плечи – сгибаться. Почти устало Армандо Салазар облокачивается на штурвал. С неясной горечью...

Ночь выныривает из-за горизонта, окутывая «Немую Марию» блаженной прохладой. Звезды вычерчивают на небе сверкающую карту. Луна, окруженная бледным ореолом, серебрит гребни невысоких волн. Ревниво подмигивая звездам, корабельные фонари заливают палубу бледно-желтым светом. Силуэты матросов теряются на фоне неба – поэтому издали кажется, что на линкоре хозяйничают огромные скользящие тени. Самая необычная из них принадлежит Лесаро: четкая, будто бы вырезанная из черного картона, она сливается с дуговидной...