Наблюдательница жизни

— Матушка, — начал Дмитрий Петрович, — Анна, ваша дочь, ведет себя странно для замужней женщины. Вместо того чтобы быть нежной супругой, она целыми днями забавляется с куклами, словно дитя. Прошу вас оставить при ней прежнюю гувернантку, теперь уже в роли компаньонки. Быть может, та сумеет вразумить ее и помочь повзрослеть. Прасковья Федоровна тяжело вздохнула и согласилась. Она чувствовала, что брак Ани еще заставит ее поволноваться. Все-таки девочка еще не созрела для роли жены, хотя ей было уже шестнадцать лет! Анна Артемьевна Воронцова появилась на свет в 1777 году...

— Удивительно крепкий ребенок, — задумчиво произнес Александр, разглядывая спящую маленькую девочку. Его супруга опустила взгляд вниз, но по ее порозовевшим щекам, он понял, что их мысли совпадает. Этот ребенок был явно не от него, так как все остальные их дети отличались слабым здоровьем. Сказывались близкородственные узы. Александр Герцен тяжело вздохнул. Его брак с любимой Натали зашел в тупик, а все потому что, она после нескольких лет брака, решила вкусить запретной связи и завела роман с другом семьи — Георгом Гервегом...

Любуясь хорошеньким личиком девочки, Огарев грустно произнес: "Ясное дитя". Он словно предчувствовал, что у малышки будет страшная судьба. Да и как иначе, ведь ее жизнь с рождения была омрачена пороком, ложью и скандалами. Лиза появилась на свет 4 сентября 1858 года. Она была дочерью Александра Герцена и Натальи Огаревой, но официально считалась ребенком Николая Огарева — мужа Натальи. Ситуация была щекотливой и некрасивой. В 1856 году супруги Наталья и Николай Огаревы перебрались в Лондон, поселившись у приютившего их Александра Герцена...

Николай ошеломленно смотрел, как его жена Наташа любезничает с его лучшим другом Герценом, но ничего поделать не мог. В груди сдавило. В висках стучало. Но он лишь молча сжал кулаки и отвернулся к окну, делая вид, что созерцает лондонский туман. История парадоксальным образом повторялась. В первом браке, жена его тоже в грош не ставила, предпочитая других мужчин. Наташа родилась в 1829 году в дворянской семье. Ее отец Алексей Алексеевич Тучков, когда-то участвующий в восстании декабристов, был предводителем пензенского дворянства...

Покрасневший Николай стоял, опустив голову. Слушать о похождениях жены было невыносимо, но он, как благородный человек, не хотел мешать ей быть счастливой. Еще недавно он писал Маше: "Единственная, которую я могу истинно любить, это ты, и я клянусь тебе, что эта любовь будет вечною…". Теперь эти слова казались нелепыми. Он сильно ошибся, беря в жены бедную девицу. Ему казалось, что Маша поддерживает его жизненные идеалы, а ей нужны были только балы, веселье и поклонники... Маша появилась на свет в 1817 году...

Потрясенная Софья застыла возле приоткрытой двери. Увиденное было чудовищно. Ее муж Павел сжимал в объятиях ее младшую сестру Олю. Отступив от двери, Софья попятилась назад. На глазах выступили слезы. Она не ожидала такого коварного предательства от своих самых близких людей... Хотя тревожные звоночки были, но Софья всегда отмахивалась от них. Софья родилась в 1801 году, а Ольга в 1803 году. Их отцом был влиятельный польский граф — Станислав Потоцкий, а матерью его третья жена — авантюристка и куртизанка Софья, урожденная Глявоне...

Где-то из глубины коридора раздались торопливые легкие шаги, и перед Пушкиным неожиданно появилась Катенька Бакунина. Она была облачена в черное платье, удивительно подчеркивавшее белизну ее кожи и блеск карих глаз. Они встретились на лестнице всего на мгновение, но для юного Александра это была очень сладкая минута, ради которой стоило пережить томительные часы ожидания. Девушка едва заметно улыбнулась, но этого хватило, чтобы сердце влюбленного юноши начало отбивать бешеный ритм. Вернувшись...

— Гляди-ка, — толкнул в бок Пушкина его товарищ, — Кочубеи пожаловали. Говорят, у них очень прелестная дочь. Юные лицеисты, прогуливающиеся по Царскому селу, замерли, наблюдая за остановившейся каретой. Лакей в ливрее поспешил открыть дверцу. Сначала из кареты появился красивый седовласый господин, сам Виктор Павлович Кочубей. Он обернулся и протянул руку, помогая выйти супруге. Следом за ней настал черед двенадцатилетней Наташи. Она показалась в проеме двери, и у четырнадцатилетнего Пушкина перехватило дыхание...

— Василий! — пронзительно закричала Анна. — Где Машенька? Кроватка дочери была пуста. На полу валялось сброшенное одеяльце. Василий Семенович Васильчиков, вошедший вслед за женой, побледнел. Он тут же выбежал из комнаты и помчался опрашивать слуг. Увидев поднимавшегося по лестнице дворецкого, он грозно окрикнул его и спросил: — Кто брал Марию? Где она? — Барин... Так это... Наталья Кирилловна увезла девочку. Еще на рассвете, с первыми лучами солнца. Сказала, что вас не беспокоить, так как вы в курсе...

— Но кто же возьмет Наташу в жены? — с горечью вопрошала графиня Разумовская. — Не повезло нашей девочке. Уродилась с изъянами. Кирилл Григорьевич Разумовский с насмешкой взглянул на жену, но увидев ее переживания, смягчился, и тепло ответил: — Я дам за Наташей такое приданое, что женихи в очередь встанут. Да и не в красоте дело, а в характере и уме. Лицо Екатерины Ивановны Разумовской посветлело. У супругов было шесть сыновей и пять дочерей, но из всех детей граф больше всех любил именно Наташу...

Оленька Тургенева была очень хороша собой. Настоящая классическая русская красавица. У нее были густые русые волнистые волосы. Щеки отливали здоровым румянцем тем самым, что на Руси называли "кровь с молоком". Пухлые губы чуть приоткрывались в едва заметной улыбке, добавляя ее облику манящее притяжение. Местные помещики были в восторге от внешности Ольги. Даже Лев Николаевич Толстой не остался равнодушным к ней. В своем дневнике он оставил запись: "Я пошел к Ольге Тургеневой и пробыл там до 12 часа...

— Будь поласковее. Я за тебя много отдал прежней хозяйке, — нежно говорил Иван Сергеевич, оробевшей девушке. — Ты же знаешь, что мила мне. Обещаю сделать тебя счастливой. Феоктиста, заливаясь краской, села на барскую постель. Впрочем, выбора у нее не было. Она знала, что новый хозяин заплатил за нее семьсот рублей. Неслыханная цена за обычную крепостную! Теперь нужно было умилостивить барина. Глядишь, тогда и жизнь заиграет новыми красками. В начале 1851 года Иван Сергеевич Тургенев заехал погостить в московский дом своего дядюшки — Петра Николаевича Тургенева...