Тёплый уголок

Мое свадебное платье стоило как крыло от самолета. Пышное, расшитое вручную тысячами мелких жемчужин, с невероятным шлейфом, струящимся по мраморному полу дорогого ресторана. Я чувствовала себя принцессой. Счастливой, наивной принцессой, которая берегла свою чистоту для единственного мужчины — своего прекрасного принца, Максима. Если бы я знала, что через десять минут этот принц превратится в жалкую, грязную жабу, я бы сожгла это платье еще в салоне. Шум банкета, звон бокалов с элитным шампанским и крики «Горько!» остались позади...

Я сидела перед пустым экраном ноутбука. Статистика моего канала на Дзене неумолимо ползла вниз. Моя последняя статья «10 способов уютно обустроить балкон» собрала жалкие триста дочитываний. В комментариях мне написали, что я скучная, а один пользователь и вовсе посоветовал мне «найти нормальную работу». — Нужна провокация, — пробормотала я, отхлебывая остывший кофе. — Нужен взрыв. Мой взгляд упал на окно. За невысоким забором из штакетника виднелся участок моих соседей — Антонины Павловны и Михаила Борисовича...

Надежда придирчиво оглядела себя в высоком напольном зеркале. Тёмно-синее платье в пол сидело идеально — строгий, безупречный крой, никакого вульгарного декольте, лишь тонкая, едва заметная серебряная цепочка на шее, подчеркивающая бледность кожи. Она специально купила этот наряд еще два месяца назад, когда свекровь, властная и непреклонная Валентина Павловна, вскользь обронила за воскресным ужином: «На мое семидесятилетие жду всех. В галстуках и вечерних платьях. Без вариантов и оправданий. Праздник должен быть безупречным»...

Дождь хлестал по панорамным окнам небоскреба так, словно сама природа пыталась пробиться внутрь и смыть ту грязь, что творилась в этом роскошном кабинете. Я стояла на ворсистом ковре, который стоил больше, чем моя квартира, и не чувствовала ног. В горле пересохло. Мой дешевый плащ промок насквозь, вода капала на идеальный паркет, но человеку, сидящему по ту сторону массивного дубового стола, было наплевать на испорченный пол. Он смотрел на меня. И этот взгляд снимал с меня кожу, слой за слоем. Его звали Давид Рустамов...

— Твоя проблема, Лера, в том, что ты слишком… правильная. Пресная. С тобой уютно, как с теплым пледом, но иногда мужчине хочется не уюта, а пожара. У нас с тобой секс по расписанию: по вторникам и субботам, строго в миссионерской позе. Я так больше не могу. Прости. Эти слова моего (теперь уже бывшего) парня Костика эхом звенели в моей голове третий день. Пресная. Правильная. Уютный плед. Я с остервенением размешивала сахар в остывшем кофе, глядя на свое отражение в темном мониторе рабочего компьютера...