МЕДИКУС- ГРАД

Нонна Сергеевна родилась в Белоруссии в семье врача. В 1941 г. студенткой первого курса 2-го Ленинградского мединститута прервала обучение и добровольно ушла на фронт. Служила медсестрой в эвакогоспиталях Северо-Западного и Ленинградского фронтов. Она вспоминала, как организовывала эвакуацию госпиталя, таскала раненых в метель, а также защищала военнопленного лётчика от обвинений в измене. После демобилизации Нонна Сергеевна вернулась к учёбе и окончила институт с красным дипломом. В 1950…53 гг...

Находясь в Москве или в Петербурге, или в Новосибирске или в другом крупном российском городе, трудно предположить, что когда-то уровень развития медицины был совершенно иным. Особенно трудно представить себе то, что между республиками Советского Союза существовали различия: то, что в одной давно считалось само собой разумеющимся, то в другой приходилось развивать практически с нуля. Именно поэтому некоторые имена имеют лишь региональное значение. Но наша история о совершенно ином человеке, чьи работы имели значение для всей страны...

Продолжение - начало здесь https://dzen.ru/a/aexs4FtfB07Np6CX

Продолжение, начало - здесь https://dzen.ru/a/aexr5pxhsTkD6Dyf Я сделал еще шаг назад, и дворец исчез. Стало заметно прохладнее. Запахло сырым черноземом. Пейзаж стал равнинным, приближающимся к среднерусскому. Чернота сильно сгущалась. Я почти ничего не видел. Лишь по земле, а точнее, над ней протянулись две белые нити. По внешнему виду – электрические провода в изоляции, миллиметров десять-пятнадцать в диаметре. Натянуты ровно, без провисаний, но мест креплений не заметить. Провода шли строго параллельно друг другу, в сантиметрах пяти от земли, около сантиметра между ними...

(Искаженная цитата И.Николаева) Подслушанный разговор многое что прояснял в голове. Если честно, я никогда не мог поверить в историю из учебника о том, что Гиппократ сжег библиотеку, чтобы обрести славу первооткрывателя медицины как науки. Современники вряд ли бы потерпели такое: Герострат за подобные деяния был казнен, а специальные глашатаи запрещали гражданам само упоминание имени: - Горе тебе, Герострат, горе! – три дня и три ночи кричали они по улицам и площадям Эфеса, - Пусть больше никто не вспомнит гнусного поджигателя храма Артемиды! – трубил рог, звенел колокольчик...