Я бы, наверное, так и ревела на кухне всю ночь, если бы не Нелька. Она зашла ко мне, потому что появился заказ на курсовик по программированию. Ребята как раз меня обсуждали, пользуясь моим отсутствием. Нелька пошла на кухню и обнаружила там меня с холодным чайником, всю в слезах и соплях. Потом мы с ней до полуночи курили на пожарной лестнице. То есть курила она, а я просто нюхала табачный дым и невпопад отвечала на её вопросы. Разумеется, ребята её просветили, с чего у нас всё началось, и даже как могли пересказали мои слова про будущее. Нелька тоже не утерпела, и, закуривая очередную сигарету, спросила:
— Мать, если ты всё знаешь, скажи — а кем в будущем буду я?
Нелька вернётся в свой город, а спустя несколько лет станет директором местного рынка, и, по слухам, авторитетным человеком. Но я не захотела ей это рассказывать. А вдруг она о чём-то другом мечтает? Не зря же на АСУ поступала. Она попыталась настаивать:
— Мать, что такое? Я в будущем буду полной засранкой? Ну так скажи мне, пока не поздно!
Она сказала «поздно»! Это мне уже поздно — мы с Лёшкой уже познакомились, и я начала свой полёт с крыши небоскрёба. Теперь уже ничего не сделать. У меня снова полились слёзы. А Нелька стоит с сигаретой и не знает, как меня успокоить. Наконец она решительно заявила:
— Ну всё, осталось только одно средство. Стой здесь и никуда не уходи! И главное — к окну не подходи, а то кто тебя знает. Я сейчас приду.
Вернулась она быстро.
— Лекарство тебе принесла, — она показала бутылку виски. Не водки, не коньяка — виски! Такую, наверное, можно купить только в «Берёзке». — Берегла для особого случая. И, похоже, этот случай наступил.
Она скрутила пробку с горлышка и протянула бутылку мне.
— Пей! Только закуски нет. Придётся так.
Я сделала несколько глотков и закашлялась.
— Залпом пей, а не глоточками. Это тебе не компот.
Я выпила в общей сложности, наверное, грамм сто. Нелька посмотрела, сколько осталось, тоже приложилась разок и аккуратно завинтила пробку. Потом внимательно поглядела на меня.
— Ну как, полегчало?
А чёрт его знает! Но невыносимая тяжесть на душе стала понемногу проходить, а вместо неё появилась какая-то лёгкость и даже решительность. Да, пускай я уже сделала роковой шаг и сейчас лечу в пропасть. Но пока-то всё нормально! Поэтому чему быть — того не миновать, а пока я молодая — я буду наслаждаться жизнью! И не откажусь от любимого мужчины только потому, что боюсь будущего. Нелька заглянула мне в глаза.
— Мать, да тебе уже хорошо!
В ответ я молча показала большой палец — мол, даже отлично!
— Ну тогда рассказывай! — потребовала Нелька. — Что у вас с Лёшей, кто такой Серёжа, чем тебя Костя не устраивает?
— С Серёжей мы делаем дела, — я чувствую, что язык у меня начинает заплетаться. — А целовались только один раз.
Нелька откровенно пользуется моментом, и торопится всё выспросить.
— А Лёша?
Мне уже совсем хорошо.
— Лёшка — это же мой муж! Ты знаешь, где мы с ним познакомились?
— Мать, да ты уже готова! — Нелька попыталась меня поднять. — Пора баиньки.
— Ты не хочешь узнать, где я с мужем познакомилась? На помойке! Представляешь, я с мужем познакомилась на помойке!
— Да, да, хорошо! — Нелька пытается тащить меня в сторону нашей комнаты. Хоть она и покрепче меня, у неё не очень получается. А у меня перед глазами всё плывёт. Хорошо хоть уже поздно — где-то за полночь, в коридоре никого нет. Наконец добрались до нашей комнаты. Нелька со всей дури бухнула ногой по двери. Выскочила сонная Светка.
— Помогай, чего смотришь! — скомандовала ей Нелька. Они вдвоём погрузили меня на кровать.
— Мать, ты как? Блевать не тянет?
— Всё в порядке! — странно — язык нормально ворочается, а на ногах стоять не могу.
— Всё-таки вискарь — это вещь! — сделала вывод Нелька. — С водяры давно бы блеванула. Светка, ты гляди за ней!
— Хорошо, — ответила Светка, заворачиваясь в одеяло. Дальше я уже ничего не помню, проснулась только утром.
Подъём прошёл без проблем — никакого похмелья. Вот что значит хороший алкоголь! Съездила в институт, в лаборатории затишье. Показала Виктору запасные провода — пусть тоже будет в курсе. Вот так постепенно обрастаем полезными вещами. Вроде мелочь, а без этих мелочей никуда.
А пока у меня есть ещё одно дело. Я достала из сумки листок с расписанием Лёшкиной группы и поглядела на часы. До конца пары оставалось десять минут, и я пошла навстречу своей судьбе.
Сейчас вы скажете, что я легкомысленная дура, которая не думает о последствиях. Да, я не думаю о последствиях! А знаете, почему? Если хотите рассмешить Бога — расскажите ему о своих планах. Если суждено, чтобы у меня родился ребёнок-аутист, то так и будет, что бы я ни делала. Вот вспомнила подходящую притчу, которую слышала, когда привозила Вадика на занятия. Одному мужику гадалка нагадала, что его во сне убьёт упавшая крыша. Мужик перепугался, купил палатку и перестал спать дома. Но ему и этого показалось мало, ведь палатка — это тоже крыша. Тогда он вообще ушёл в пустыню и спал, завернувшись в одеяло. И считал, что полностью себя обезопасил. Однажды, когда он спал, над ним пролетал орёл, поймавший черепаху. И над мужиком черепаха выскользнула из когтей орла и с высоты упала прямо мужику на голову. Короче — насмерть. А ведь если вдуматься — черепаха таскает на себе свой домик с крышей.
Вчера у меня случилось озарение — то ли от виски, то ли просто дозрела. Когда мы с Нелькой курили у пожарной лестницы, я глядела на огни телебашни и вдруг поняла, что бояться будущего бессмысленно — оно всё равно наступит, и спрятаться не получится. Поэтому надо смело идти ему навстречу, а не пытаться во всём подстраховаться и везде постелить соломки.
Лёшка заметил меня, только когда буквально наткнулся, выйдя из аудитории на перерыв.
— Лика, а ты как здесь оказалась?
— Захотела тебя увидеть — вот и оказалась. Давай в сторонку отойдём.
Отошли к окну. А народ из его группы вовсю на нас смотрит. Это же ЭВМщики, у них на потоке почти одни парни, девчонок мало, да и те страшненькие. Это у нас на АСУ девичник, круче только на инженерно-экономическом — там вообще народ не с улицы, не учебная группа, а конкурс красоты. Хотя это я хватила — первый конкурс красоты в СССР будет только в следующем году. Но я себя тоже уродиной не считаю, да и одета по фирме — Лёшкины однокурсники явно оценили. И Лёшке это откровенно приятно.
— А как ты меня нашла?
— Это элементарно, Ватсон! У деканата висит расписание занятий твоей группы с указанием аудитории. Сравниваю с календарём и часами — готово дело.
— Погоди, я же тебе вроде не говорил номер моей группы!
Точно! Его группу я помню ещё по той жизни. Здесь он действительно ещё не успел это рассказать, был занят тем, что ногу мне бинтовал. Надо как-то выкручиваться!
— А я это… — быстро соврать не получается. А народ вокруг толпится, но близко из деликатности не подходит. — Я поэтому и пришла, когда у вас лекция для всех групп потока одновременно
— Ты хитрая! — оценил Лёшка. Уф, вроде выкрутилась. А он спрашивает:
— Чего вечером делаешь?
— Мне надо будет с одним человеком встретиться, а потом свободна.
— Я к тебе в общежитие заеду.
Прямо вот так — не спрашивает, а просто сообщает. Да, это не Костя — тот бы полчаса ходил вокруг да около.
Перерыв закончился, народ стал заходить в аудиторию.
— Тогда до вечера! — и я встала на цыпочки и поцеловала его. В щёчку, а не то, что вы подумали! Да, при всех! Думаю, Лёшкин рейтинг в группе после этого резко попёр вверх. Наверное, после этого Лёшке было вообще не до лекции.
Уже на пути в общежитие я вдруг подумала — а что будет, если эта троица — Лёшка, Сергей и Костя, — пересекутся? Интуиция подсказала мне, что ничего хорошего из этого не выйдет. Надо срочно что-то придумать! Когда придет Серёга, я знаю. Значит, остаются ещё две неизвестные переменные — Лёшка и Костя. И их надо как-то вывести за скобки, хотя бы на время.
Сама я с этим не справлюсь, надо к каждой из переменных приставить свой нейтрализующий коэффициент. Так как с Серёгой надо делать денежные дела, то перепоручить никому не получится. Лёшка достаточно адекватный, поэтому поручу его Светке, она должна справиться. А вот с Костей сложнее, тут потребуется профессионал. И это может быть только Нелька. Надеюсь, они согласятся мне помочь.
---
Анжела Огурцова