— Да, Олег Иванович, хорошо. — Секретарша положила трубку изящным жестом и грациозно выпорхнула из-за стола. Цокая шпильками по мраморному полу, она пересекла обширную приемную и остановилась передо мной, сияя приклеенной улыбкой.
— Вадим Сергеевич, прошу, шеф ждет вас.
Хороша, ничего не скажешь. Серый деловой костюм на стройной фигуре ненавязчиво намекал на то, что скрывалось под ним. Я продолжал сидеть в глубоком кресле для посетителей, глядя на нее снизу вверх и не торопясь подниматься.
— Что шеф-то, не обижает?
Она не снимала улыбку.
— Что вы! Он самый лучший.
Еще бы. Сразу видно, зачем он тебя держит. Ладно, пойдем, пообщаемся со старым другом. Я не навязывался, сам зазвал в гости. И зазвал-то, гад, лениво так, мол забегай на работу, если мимо проезжать будешь, поболтаем. Ну что ж, поболтаем. Наслышан о твоих успехах. Я не навязывался.
Я с трудом выкарабкался из кресла и проследовал за серым костюмом. Цок-цок.
— Ваааадик! Привет, привет. Проходи, проходи. — Хозяин кабинета радостно приветствовал меня, не встав, впрочем, из-за стола, но сделав приглашающий жест, мол, подходи поближе, не бойся. Все тут как положено. Чтобы добраться от входной двери, где мы с серым костюмом остановились, до огромного стола, требовалось преодолеть метров десять пустого пространства. Пока я его преодолевал, хозяин милостиво ждал, широко и радостно улыбаясь. Эти пять секунд посетителю даются, чтобы осознать силу и мощь хозяина и собственную от него зависимость. Я все осознал и устроился в кресле напротив Олега. Большой солидный стол, на столе мраморный офисный набор, фото в рамке, микро-елочка с игрушками. Новый Год скоро, как-никак.
— Танечка, принесешь нам кофейку?
— Хорошо, Олег Иванович. — Танечка испарилась.
— Рад видеть, Вадик. Давненько, давненько, если не считать позавчерашней встречи. Ну что, вижу, ты в форме. И смотришься хорошо, по-молодежному. Ну или как миллионер, ха-ха.
Смотрелся я тривиально: джинсы да фуфайка. Куртка осталась в приемной.
— Да ничего вроде, держусь. А ты крут, выглядишь очень солидно, под стать офису. Заматерел. Видно, дела хорошо идут.
— Да не жалуюсь, честно говоря. Вроде неплохо. — Широкая улыбка не сходила с его физиономии.
Еще бы. Отжал общий бизнес, c*кa, чего жаловаться. Давно, правда, было.
Цок-цок-цок. Рядом материализовалась Танечка с кофе и коньяком и умело разлила ароматные напитки по изящным чашечкам и сверкающим бокалам.
— Ты как, не за рулем? Я-то обленился, водитель возит.— Олег прищурился. На классовую разницу намекает.
— Нет, Олег, не за рулем.
— Ну и отлично. Может, сигару? Кубинские, по спецзаказу.
Я хмыкнул. Тут он все же перегнул.
— Нет, спасибо, не курю, давно бросил.
— Ну и правильно. Ладно, рассказывай, как у тебя дела?
А чего там рассказывать. Хочешь услышать, как лямку тяну и из кредитов не вылезаю? Обойдешься.
— Да по-разному…
Я вдруг рассмотрел фото в рамке на столе. Красивая улыбающаяся женщина и двое мальчишек. Оля. Предмет юношеского соперничества.
Я показал на фото и почувствовал, что лицо мое искажает гримаса.
— Похоже, семейная жизнь тоже в порядке?
Олег с готовностью кивнул.
— Да, все хорошо. Видишь, все же выбрала меня. Уж извини, что так вышло. Долго ждать пришлось. — Он продолжал улыбаться и внимательно смотрел на меня. Победитель, мать твою. Я почувствовал, что терпение мое лопается.
— Олег, да ты просто колобок в масле. Ну все у тебя зашибись. Плавно и ровно. Бизнес прет. В семье счастье. В офисе Танечка. — Он скорчил возмущенную рожу. — Да ладно тебе, что я, вчера родился? Расслабься. У меня только один вопрос. По старым временам не скучаешь?
Он не снимал свою идиотскую улыбку.
— Да не особо. Возраст, видимо. Всему свое время.
— Да? И бокс, наверно, бросил?
— Бросил. Хотя, зря, наверно. Видишь, толстею.
— Зря. Потому что я не бросил.
Улыбка слегка угасла. Ага, заc*aл?
— Да ладно, чего ты скис. Не собираюсь я с тобой боксировать. Так просто, к слову пришлось. Я, собственно, с одной только целью зашел. В глаза тебе посмотреть.
— Ну что ж, понимаю. Посмотрел?
— Посмотрел. И вижу я за твоей улыбочкой дурацкой знаешь что? Тоску. Потому что ты врешь. Врешь, что не скучаешь по старым временам. Все скучают. По своей молодости. По друзьям, которых растеряли. По любви. И ты тоже, несмотря на твои успехи, дорогой костюм и толстое брюхо. И несмотря на Танечку твою. Думал поразить меня? Ты ведь за этим меня позвал, когда мы на улице столкнулись? Да мне пoxрен. Мне такая жизнь не нужна. Не в деньгах счастье. Ты лысый и толстый. Не собираюсь я тебе завидовать.
Остатки улыбки теплились на его физиономии.
— Ну, тут ты прав, чего завидовать. Каждому свое, знаешь ли.
Я усмехнулся.
— Тут ты прав тоже. Каждому свое. Как там? По делам да воздастся, так?
Улыбка превратилась в кривую ухмылку и погасла окончательно. Ну что ж. Разговор окончен.
— Ладно, мне пора, спасибо за угощение.
Я выпил залпом коньяк, встал и развернулся к выходу. И услышал издевательское:
— Что, Оле привет передать?
Вот скотина. Добить хочет. Я, не оборачиваясь, помотал головой.
— Не надо. Зачем ее расстраивать.
* * *
Выскочив на улицу, я вдруг остыл, чему, очевидно, поспособствовал крепкий морозец. И зачем все это мне надо было? Глупо. Зашел, нагрубил, ушел.
Я спустился со ступенек и двинулся к выезду с офисной парковки.
Меня догнало вкрадчивое шуршание шин. Рядом остановился «Бентли», водитель выскочил и распахнул дверь. Я сел внутрь и достал телефон. Надо позвонить на работу. По делам да воздастся, Олег Иванович. Через пару часов вы поймете, о чем я говорил.
— Лена, завтра мне начнет звонить Воронин… Олег Иванович…. да, запиши. Это по поводу сегодняшней сделки, по блокпакету. Говори, что я на совещании. Потом, что я уже ушел… ну и так далее. Помурыжь его, в общем, как следует. До особого распоряжения. Да.
Едва я успел отключиться, как телефон снова зазвонил.
— Ну где ты?
— Оль, я еду, еду. Через полчасика буду. Заехал тут в одно место по дороге.
— Ну что же ты! Ведь знаешь, у меня время только до четырех… А завтра ты улетаешь, я же помню! А потом Новый Год!
— Успокойся, я уже еду. — Я сделал знак водителю, и машина мягко тронулась. Куда ехать, он знал. Вырулив на улицу, он протянул руку и включил радио… ух ты, ну как по заказу. Мой старый любимый блюз, тот самый. Оскар Бентон. Машина скользила по улицам, украшенным новогодними огоньками, мягко покачиваясь. Мощный голос певца, наполненный сарказмом и страстью, заполнял салон. …Bay Parkway wonder… you’re such a success…
Забавно. Получилось точно как в песне.
Хорошая музыка вдохновляет на правильные дела.
Merry Christmas you all.
---
Автор рассказа: Игорь Метальский
---
Жизнь в подарок
Зоя Кирилловна сполоснула любимую чашку со светящимися в темноте розами – давнишний подарок дочери – и аккуратно поставила её за стекло в буфет. Разбить не поднялась рука, хотя пить из неё кофе или чай она уже никогда больше не будет.
Подошла к столу, скользнула взглядом по аккуратно разложенным восьми пластиковым банковским карточкам. Каждая из них лежала на листочке бумаги, на котором аккуратно и чётко был написан пин-код.
Зоя ещё раз перечитала составленные ею лично и распечатанные на принтере инструкции о том, как включить микроволновку, как открыть холодильник… «Ничего, есть захочет – разберётся. Да и девчонки придут и помогут со всем разобраться, когда получат мои письма».
Зоя Кирилловна подошла к зеркалу, поправила короткую стрижку. Две недели назад ей исполнилось пятьдесят четыре, но никто не давал ей её возраста – сказывались фитнес, диета и постоянные занятия спортом.
Она никогда не думала, что будет встречать очередной день рождения в таком гадостном настроении, но за последний год в её жизни произошли два события, после которых жить ей не хотелось. Совсем.
Вначале от сердечной недостаточности умер любимый муж Андрей, которому было только пятьдесят шесть. А потом в Кавказских горах под лавиной погибла двадцатидвухлетняя дочь Татьяна, опытная альпинистка. Танечка погибла вместе с женихом – их с Олегом нашли в паре метров друг от друга…
После гибели дочери она уволилась из полиции. Её не хотели отпускать – Зоя считалась одним из лучших криминалистов – но она настояла, потому что была просто не в состоянии работать дальше. Зою Кирилловну Липинскую больше ничего не держало в этом мире – все «якоря» были сорваны.
И тогда Зоя решилась на «Полное погружение». И три лучшие подруги – Мария, Анна и Юлия – ей его оплатили как подарок на день рождения. Вообще-то Зоя вполне могла сама оплатить это дорогое модное развлечение, но подруги настояли, что «Полное погружение» будет их подарком.
Зоя надела длинное льняное бордовое платье, тщательно расчесала короткие тёмные волосы, брызнула духи на запястья.
Она постаралась предусмотреть всё, что можно. «Надеюсь, девочка не ударится в панику. Доберётся до дома, осмотрится, почитает мои инструкции. Холодильник забит под завязку – месяц можно из дома не выходить».
Прощаясь с квартирой, Зоя Кирилловна прошлась по комнатам, заглянула на кухню. Затем надела любимые белые кроссовки, ещё раз проверила содержимое кошелька – она на всякий случай взяла с собой крупную сумму: непонятно, как девочка будет домой добираться – и, взяв сумочку, не оглядываясь, вышла за дверь.
Июнь 2111 года выдался самым жарким за последние сто лет, но сегодня с утра небо заволокли лёгкие облака, и была надежда, что природа впервые за месяц порадует москвичей дождём.
До огромной модной высотки в центре Москвы, где находился офис корпорации «Малахитовая шкатулка», выполняющей «Полные погружения», такси домчало Зою быстро.
– Здравствуйте. Меня зовут Глафира Михайлова, – представилась девушка, встретившая её в холле.