Бумажный Слон

Разогреваем не только сковородки, но и воображение Сегодня на Бумажном Слоне стартовал День Блинов! Публикуйте истории о том, как один блин способен изменить чью-то судьбу. Напишите сказки про волшебную сковородку, к которой никогда не прилипает тесто, или фантастику с лёгкой ноткой грусти, как косморазведчик скучает по бабушкиным блинам в экспедиции. Сочиняйте стихи о ярких солнцах, что пекутся на сковороде, о зиме, что не спешит сдавать позиции, о чудесных ароматах, доносящихся с кухни. Рассказывайте...

В одном маленьком снежном городке жили друзья, Кай и Герда. Они очень любили друг друга. Проводили вместе все свободное время. Помогали друг другу всегда и во всем. Больше всего они любили зимние каникулы. Зажигали фонарики на елке. Ходили в Снежный городок кататься на коньках, лыжах, ледянках. И вот в один морозный день они  катались на ледянках. В Снежном городке горки были самые разные. Маленькие для малышей, побольше для детей постарше, и большие, с трамплинами разной высоты, для самых безбашенных...

— Вы знаете, Антонина Сергеевна, — сказал Алексей Петрович. — Как только начинаются эти проклятые магнитные бури, так сразу мои суставы выворачивает наизнанку. Сил нет терпеть. — А при чём здесь суставы? — усмехнулась Антонина Сергеевна. — Тут же голова должна страдать. Они стояли у кассы в маленькой провинциальной аптеке. Мужчина далеко за семьдесят и ухоженная дама преклонного возраста. Пахло настойкой пустырника и мятой. — Ну как, при чём? — улыбнулся Алексей Петрович. — В организме ведь всё взаимосвязано...

Давным-давно в мрачном, глухом лесу появился чёрный, ровный, как зеркальная гладь, камень. Он был холодным, как лед. Никто не знал, откуда он появился и для чего предназначен, кроме неё: художницы. Женщина с седыми волосами, похожими на воронье гнездо, в рваных лохмотьях. Она приходила раз в год в непролазную чащу вершить своё мрачное предназначение. Художница выводила на камне кистью число, но как будто за неё писала сама судьба. Число на камне совпадало с возрастом обречённых. Те, кому в этот год исполнялось тридцать три года, назавтра должны были превратиться в дым и угаснуть...

Иван Дмитриевич заварил кофе, отхлебнул и тут же скривившись, выплюнул. – Светка! – Что, папа? – Откуда здесь соль? – А, это, – беспечно отозвалась дочка, – нечаянно перепутала, насыпала в сахарницу, не выбрасывать же. Дочка жила в другом городе, периодически приезжала в гости к отцу и каждый раз наводила порядок, после которого Иван Дмитриевич долго искал нужные вещи и бумаги. Дочке не нравилось, как Татьяна, домработница, убирает в доме. Татьяна работала у Путилина давно. Она была еще нестарой женщиной, когда-то была стройной, но со временем расползлась и сейчас весила за сто килограммов...

-А я вот блинков принесла. Глянь, Петровна, какие тонкие, такие только на Масленицу и получаются, - женщина в цветастом переднике держала в руках тарелку с горкой румяных кружевных блинчиков. -Вот и хорошо, пойдем чайку попьем, - приняв гостинец, хозяйка направилась на кухню, легким движением головы приглашая соседку, - чаек у меня знатный, я только с травами завариваю. - Ну, как твоя молодуха? – полюбопытствовала гостья после третьей чашки ароматного крепкого чая. -Да что ей сделается? Живет на...

Я жил самой простой жизнью, которую только можно себе представить. Каждое утро — кофе с молоком и корицей. Обед строго в 13:00. Спать ложился только после того, как прочту газету или посмотрю вечернюю программу с какими-нибудь смешными комиками из Беверли-Хиллз. Скажите, хорошо? Да, наверное, и правда хорошо. Потому что всегда есть с чем сравнить. Возможно, мне и самому нравилось, но я хотел выйти из этого порочного круга. Размышляя каждый день, как перестроить свою жизнь и чем бы я мог заняться, понимал: даже эти мысли доставляют мне дискомфорт...

– Тимофей... Тимофей! Ты что, оглох?! – Ну чего тебе? – Подойди сюда. Вилка клацает о тарелку. Капелька из лужицы растекшегося яичного желтка приземляется на скатерть. Двадцатипятилетний мужчина, шаркая тапками, идет в ванную. Наташа стоит там. Кажется, ее раздраженный взгляд вот-вот просверлит дырку в верхнем углу над стиральной машиной. Ее руки уперты в бока, из-за чего ночнушка стянулась и беременный живот обозначился рельефнее, чем обычно. Подавив зевок, Тимофей протер глаза и попытался сфокусировать взгляд...

Я часто покупаю в супермаркете куриные сердечки. По упаковке каждые 3 дня. Без удовольствия делаю это, мне не нравится вид животной плоти. Но без сердечек — мне никак. Без лишних эмоций, хладнокровно, я подхожу к холодильнику с курятиной. И аккуратно, стараясь не испачкать пальцы во влажной липкости, за краешек выуживаю подложку, обтянутую плёнкой, сквозь которую с анатомической чёткостью вырисовываются контуры вынутых органов, приплюснутых друг к другу, с застывшими чёрными кровяными сгустками, с белыми разорванными клапанами… Сую подложку в пакет и волоку на кассу...

— У нас есть несколько часов, чтобы съездить в магазин. Звонила мама, попросила забрать Мию часов в семь, — произносит Мир, обнимая меня сзади. Тёплые, сильные руки обвивают мою талию, прижимая к себе так, будто боясь, что я растворюсь. Я выключаю воду в раковине, и звук падающих капель сменяется гулкой, уютной тишиной. Вытираю руки полотенцем. Мирослав кладёт голову мне на плечо, щека слегка шершавая от небритости, и смотрит на нас в отражении зеркала. Взгляд тихий, внимательно изучает: его тёмные...

Глава 3. Заземление Свой голос, т. е. Павла, Иван не узнал. Слышать-то слышал, конечно, за жизнь, как он звучит со стороны, но тут вмешались помехи в виде хрипов и гнусавости ввиду заложенного носа. Новоявленный Павел, подсмеиваясь над собой, сообщил, что за годы, прожитые Иваном, забыл как болеть сезонными вирусами. А Иван, в свою очередь, забыл о куче вопросов, которые хотел задать своему дублёру. Видимо, новая роль толкала его, забывая о себе, давать советы о том, что лучше вызвать врача и побыть,...

? Я ни на что не намекаю, но… всё же намекаю. Завтра объявим новый #ДеньЧегоНибудь. А пока — пеките блинцы 🥞