Фэнтези

– Ты знала, что у нас в Светлоярском озере водятся сомы-людоеды? Моя подруга была не из тех, кто вешает лапшу на уши просто так ради шутки. А вот мистика ей не претит. Как же ей повезло найти такую благодарную слушательницу, как я! Идеальный баланс недоверчивости об руку с гибким допущением, что существовать может всё, что угодно. А что? Я знаю лишь то, что ничего не знаю. Когда мир залит солнцем сложно поверить в его темное исподнее. Светлоярский парк шелестел зеленью и дышал влагой с рукотворного озера...

Перо сегодня было в игривом настроении и радостно прыгало по столу. - Давай напишем сказку! - сказало оно сидящему за столом в высоком кресле, Кощею. - Мы живем в сказке, - хмыкнул Кощей. - Какой смысл ее писать? Займись чем-нибудь полезным, вон теорию квантового скачка надо доработать. Филонишь, друг мой. - Ой! - подпрыгнуло перо. - Давай завтра. Смотри какой день яркий, солнышко, так и тянет гулять и веселиться. - Не зли меня, мне работать надо, - отмахнулся Кощей, всматриваясь в темную сферу на столе...

Это точно стало бы событием века! Тора присвистнула и тут же присела у находки, вытащив брелок-рулетку из кармана. Еще до конца не веря своей удаче, она оглядела отпечатки в свежем снегу, измерила ширину и глубину самых больших. Потом привстала, вытащила телефон и, ловя нужный ракурс, сфотографировала скопления. Проговорила в диктофон: – Пятнадцатое декабря двадцать второго. Пустоши южнее Оулафсвика. Крупная особь хищного млекопитающего. Следы четкие, без отпечатка когтей… Думаю, кошачьи… Ширина подушки передней лапы дотягивает до двух третей фута, что… Нажала на паузу и чертыхнулась...

Приди… ко мне… Опять этот шёпот. Он преследует меня вот уже два месяца. Словно прибой, то накатывая, то отступая. Я почти не сплю. Кажется, от него не скрыться. Он повсюду, хотя если отойти вглубь материка, подальше от вод Гивэны, шёпот затухает и превращается в тихий гул на краю сознания. Но стоит мне только покинуть сушу, как он набирает обороты. Он манит, зовёт. Требует! Он движется с водами океана, огибая рифы, продираясь сквозь кельповы леса, чтобы поселиться в моей голове. И никто другой из команды его не слышит...

НЕМНОГО О НАС. Клару Федоровну Петрову в Емске знали все. Во-первых, потому что городок маленький — так, среднерусский районный центр, с десятком тысяч человек, где каждый на виду. Таких селений полно по всей Руси Великой. Тенистые от множества деревьев улицы сбегают с холмов прямо к узенькой, но чистой речушке Броне. Есть заросший деревьями глубокий овраг, парк, собор, вокруг которого сверкает православными крестами городское кладбище. Во-вторых, муж Клары Федоровны был единственным в Емске зубным протезистом...

Я сидел на костяном троне, безучастно осматривая собственные чертоги. Может, ремонт сделать, пауков погонять? Или хотя бы окна помыть, а то лет триста, как свет пропускать перестали. Да и ковры неплохо бы обновить, а то истлели так, что узора не разберёшь, а там целый эпос, вообще-то. Что уж говорить о... Мои размышления прервал протяжный лязг, доносящийся из коридора. Ну вот опять. — Читать научитесь! — зло рявкнул я, поворачиваясь к двери. — Приёмный день — среда в полнолуние с десяти до двенадцати, каждый десятый год тысячелетия...