Я открыла калитку, и первое, что я увидела — синяя миска у крыльца. Перевёрнутая, с серой пылью внутри, к боку приклеился сухой кленовый лист. Серого не было. Утром, когда я выходила из московской квартиры сестры с сумкой, я ему сказала про себя: «Серёж, я к тебе еду». Шёпотом, в чашку с остывшим кофе, чтоб Лена не услышала. Сейчас я стояла у этой миски и смотрела на засохший лист. Два года я мыла её каждое утро. Пёс ел, я мыла. Это был мой ритуал. В доме холодом тянуло из щели у двери. Я бросила сумку прямо на крыльцо и пошла к Зинаиде...