– Вера Захаровна, сдавай как есть. Немец не микрометр, он бумагу смотрит. Эдуард Львович стоял между станками, свежий, в белой рубашке с рукавами на две складки, и держал телефон экраном ко мне – там график сдачи, красным по жёлтому. Я этот телефон вижу чаще, чем его лицо. В ящике лежали двенадцать втулок. Тёплые – последнюю я сняла двадцать минут назад, металл ещё дышал. – Отдам, как остынут. Полчаса. – Полчаса – это восемь штук у Егора. – Восемь штук у Егора немец завернёт. Он посмотрел поверх моей головы, на график...